Аверин закрыл рану и бросился к раковине смыть кровь. Надо как можно быстрее дать Анонимусу прийти в себя. Зашить рану.
И тут же вздрогнул, ощутив прикосновение.
— Простите, — раздался голос Анонимуса. Аверин обернулся. Див стоял за его спиной и выглядел совершенно обычно.
— Позвольте мне наложить швы. Я умею, — предложил он.
— А… хорошо. — Аверин вытер со лба выступивший пот. — Ты справишься? Ты очень быстро вернулся в норму, даже удивительно.
— Аркадий Филиппович часто давал мне свою кровь. Я привык. И я накладывал ему швы.
— Ясно, — улыбнулся Аверин. — Это просто я такой… непривычный. Конечно, зашивай. — Он уже без сомнений протянул руку. И даже не успел почувствовать боли от проколов иглы.
До обеда тренировались в подаче знаков. В процессе Аверин подробно расспрашивал Анонимуса о том, что их ждет в Пустоши. А после обеда, проводив брата с семьей, колдун решил отдохнуть и полчаса подремать в беседке. Там его и нашла Любава.
— Гермес Аркадьевич, вы уверены, что вам не нужна помощь чародея? — смущаясь, спросила она.
— О чем ты? — Аверин посмотрел на племянницу с некоторым подозрением.
— Я никому не расскажу, — поспешила заверить девушка. — Но я могу сделать гораздо больше для успеха вашего… дела. Мне только завтра выходить на сутки. Сегодня я свободна и смогу вам помочь.
— На сутки? — попытался перевести тему Аверин. — Ты где-то работаешь? В больнице?
— Да, — ответила она, — в благотворительной больнице князей Всеволожских. Вы извините, но в библиотеке на столе лежала папка, я не утерпела и заглянула в нее. Дедушка побывал в Пустоши? И вы собираетесь повторить его эксперимент? Без чародея это очень опасно!
— Это и с чародеем опасно, — вздохнул Аверин и в очередной раз обругал себя болваном. Надо же было оставить папку на видном месте. — Хорошо. Только не говори никому. Не хочу, чтобы меня пытались отговорить.
— Я понимаю, — радостно воскликнула девушка, но тут же ее голос стал серьезным: — Перво-наперво надо подготовить для вас защиту от холода. И сдерживающие знаки, чтобы лед Пустоши поменьше высасывал вашу силу.
Что ж, подобная помощь точно не помешает. Аверин даже почувствовал облегчение. В худшем случае близкие хотя бы будут знать, что с ними случилось.
Но не стоит думать о подобном исходе. Он сходит в Пустошь и вернется. Что такого? Отец это делал, значит, и он справится.
— Я позаимствую зимнюю одежду Василя. А ты зачаруешь и вещи, и меня, хорошо?
— Конечно, — ответила Любава. — Возьмите один из лыжных костюмов отца, тот, что на гагачьем пуху. Он отлично подойдет.
Она ушла. Аверин посмотрел ей вслед. Он вполне мог понять девушку. Из всех развлечений у нее только необязательная работа в благотворительной больнице, что и развлечением назвать сложно. Конечно, возможность поучаствовать в исследовании Пустоши для нее кажется увлекательной.
С некоторым сожалением Аверин встал. Пора заняться одеждой. Благодаря отвару слабость после утренней потери крови почти прошла, и надо поторопиться: экспедицию нужно завершить до возвращения брата.
В гардеробную он позвал Анонимуса. Тот нашел указанный Любавой лыжный костюм, а заодно несколько толстых шерстяных свитеров и теплые, с начесом, кальсоны. Только с ботинками вышла заминка — нога у брата оказалась больше на два размера. Но Аверин решил, что так даже лучше. Он наденет две пары теплых носков.
Примерив на себя обмундирование, он посмотрел в зеркало. Вышло вполне неплохо. То, что он похудел, сыграло на руку: лыжный костюм отлично налез на остальные теплые вещи и не стеснял движений. Теперь надо придумать, чем замотать лицо. Анонимус сказал, что у отца имелась специальная маска.
Скрипнула дверь. Аверин повернулся, чтобы показаться Любаве и спросить, получится ли зачаровать всю одежду.
Но это оказалась не Любава. В дверях стоял Миша.
— Ты что тут делаешь? — удивленно спросил Аверин.
— А я ногу подвернул! — радостно объявил мальчишка и показал на свою правую ногу, где красовалась повязка.
— И… все вернулись домой? — План стремительно летел в тартарары.
— Нет, папа меня завез, чтобы Любава вылечила! И она же отвезет меня обратно! Все остались на озере. А вы куда собрались? — Он наклонил голову. — А, я знаю, куда. Кузю искать, да?
— С чего ты взял… — сдавленно проговорил Аверин.