– Ага, и главная прилипала. Что ей нужно?
– Вечер выпускников, они устраивают фуршет.
Адам строит недовольную гримасу, и Стив понимающе кивает. Но, несмотря на все недовольства, Кинг спокойно отрезает:
– Ты пойдешь со мной.
Что? Сказать, что его слова меня удивляют, ничего не сказать.
Сам Адам Кинг собирается пойти на вечер выпускников, куда причалят все его одноклассники, которые терпеть его не могут и которым он и его друзья портили жизнь долгие годы. Что это? Желание тряхнуть стариной? Или ему действительно интересно окунуться в воспоминания?
Я киваю в знак согласия. Мне приятно, что парень хочет взять меня с собой. Возможно, я узнаю что-то новое о его прошлом.
– Я думаю, мне пора, – говорит Джулия, вставая из-за стола.
– Я тебя отвезу, – поспешно предлагает Стив.
– Мы так и не посмотрели сериал, – жалуюсь я.
Подруга кидает взгляд на задумчивого Кинга и подмигивает мне, растянув губы в улыбке. Я прекрасно понимаю, к чему она клонит, и мои щеки краснеют. Стив замечает мою реакцию и прыскает со смеху, отчего мне хочется провалиться под землю.
Когда они уходят, Кинг устало зевает и потягивается на стуле.
– Ты как? – спрашиваю я в надежде, что он поделится со мной переживаниями.
– Жить буду, – кидает фирменную фразочку Демон.
Я собираюсь задать новый вопрос, но он подносит палец к моим губам, медленно плетется в гостиную и падает на диван. Моя женская сущность рвется наружу, мне хочется поговорить с ним, узнать, как прошел его день, но я прикусываю язык и собираю волю в кулак. Адам Кинг – вольная птица, и я до сих пор не знаю, как он ко мне относится. Он приходит и уходит, как дворовый кот, и часто молчит, не посвящая меня в свои размышления.
За окном уже стемнело. Сквозь тишину слышно, как первые капли дождя обрушиваются на крышу. Никак не могу привыкнуть к этой погоде. Вечные тучи навевают депрессивные мысли. А поведение Адама добавляет масла в огонь. Как бы сильно я ни старалась, я не могу не думать, о чем он молчит, что может значить его задумчивый взгляд. Год назад он потерял свою маму. Об этом знают его друзья, но он ни слова не говорит об этом мне. Я вспоминаю, как удивленно посмотрел на меня Стив, когда понял, что я не в курсе трагичных событий жизни Кинга.
Кто я для него? Очередная игрушка? Вряд ли. Адам не проявляет ко мне физического интереса, не считая наших вспышек страсти.
Я иду в душ, чтобы смыть грустные мысли. Часть меня готова верить Адаму беспрекословно и слепо, но другая отчаянно ищет объяснений и требует конкретики. После десяти минут прохладного дождя в душевой я подхожу к зеркалу и вижу отражение грустных глаз.
– Соберись, Эми, – требую я, зарывшись лицом в полотенце. – Все не так плохо, как кажется.
Большинство проблем возникает в голове женщин, а не в реальности. Мы сами придумываем множество историй, решаем, что о нас думают другие, переживаем тысячи страхов и замыкаемся в себе. Я всю жизнь старалась не идти по скользким ступеням женской паранойи, но сейчас она душит меня с неимоверной силой. Остановить это так же сложно, как остановить телом несущийся бульдозер.
Я беру расческу, провожу ею по сырым волосам и внезапно замечаю в дверях Адама. Серо-голубые глаза вспыхивают, и я ощущаю тянущее чувство внизу живота.
Не говоря ни слова, он подходит ко мне, и его губы касаются моего плеча. Всего одно легкое движение, и полотенце упадет с моего тела, но Кинг, стоя за спиной, терпеливо проводит пальцами по моей руке, оставляя на коже предательские мурашки. Он поворачивает меня к себе немного резко, и наши губы встречаются. Легкий поцелуй постепенно перерастает во всепоглощающую страсть. Кинг продолжает сладкую пытку и касается моих бедер ладонью.
– Смотри на меня, – шепчет он, и я повинуюсь.
В его взгляде ураган, разрушающий мою волю и силы. Рука поднимается выше, забираясь под полотенце, и я забываю, как дышать. Кинг поворачивает меня к себе спиной и заставляет прогнуться и раздвинуть ноги, отчего с моих губ срывается нетерпеливый стон. Пальцы одной руки приближаются к заветному месту, а другая сжимает мою грудь. У меня начинает кружиться голова. Я чувствую, как тело инстинктивно прогибается ему навстречу.
– Адам, – шепчу я, жадно хватая воздух, – пожалуйста.
Но он не слушает, продолжает дразнить ожиданием. Что-то твердое упирается в мои ягодицы. Я слышу его глубокие вздохи, впитываю каждое прикосновение его губ к моей шее. Мое тело, словно шелк, поддается каждой его манипуляции, а в мышцах застывает напряжение, готовое взорваться в любую секунду.
– Ты веришь мне, Эмили? – рычит Адам, сжимая мои бедра.
– Да, – машинально отвечаю я, подавляя стон.