Джулия расплывается в счастливой улыбке, и я легонько толкаю ее под столом. Черт меня дернул рассказать ей, что у нас все произошло. Подруга была в таком восторге, что визжала минуты три, вгоняя меня в краску.
Я достаю из сумки ключи и отдаю их Стиву. Он начинает крутить их на пальце, обнажая белоснежную улыбку.
– Скажите, доктор, – шучу я, – у нее есть шансы?
Алекс издает смешок и, хлопая брата по плечу, говорит:
– Стив любое железо заставит двигаться, не переживай.
После этой фразы он поворачивается к Джулии, но подруга смущенно отворачивается и принимается терзать вилкой свой чизкейк.
– Я пришел за тобой, – говорит Кинг и встает из-за стола. – Пошли, мы опаздываем на пару.
Я собираюсь отнести поднос, но чья-то рука хватает меня под локоть, и Адам выводит меня из столовой, не обращая внимания на женские взгляды.
– К чему такая спешка? – интересуюсь я, стараясь поспеть за ним.
– Чем быстрее закончится пара, тем быстрее мы окажемся дома, – мурлычет Кинг, немного сбавляя шаг.
Не могу сдержать довольной улыбки и решаю немного поиграть с ним.
– Чем займемся? – невинно шепчу я.
– Фильм посмотрим, – сухо отрезает Адам.
Мы заходим в аудиторию и садимся за последний ряд. Демон внутри меня ликует, когда Адам изучает мои голые ножки, и во мне вспыхивает азарт. Я кладу ногу на ногу, поправляю юбку и записываю конспект, ощущая на себе прожигающий взгляд Кинга. Он замирает, каждая мышца на его теле напрягается, но я стараюсь не обращать на это внимания, в то время как внутри разгорается пожар. Мы сидим за закрытыми партами, так что никто не видит, как рука Адама ложится мне на коленку.
– Что ты делаешь? – ахаю я, пытаясь убрать его ладонь.
– Тише. – Пальцы Адама касаются моего кружевного белья.
Его губы сжимаются в тонкую полоску. Он поглаживает меня, я впиваюсь пальцами в край парты, а предательское тело само раздвигает ножки, разгоняя пульс.
– Адам, – шепчу я, глубоко дыша, – прекрати, пожалуйста.
– Нет.
– Мисс Грин, – слышу голос преподавателя, – перечислите нам основные познавательные способности, которые выделял Кант.
Ерзаю на стуле, но Кинг не убирает руку с чувствительного места, продолжая ласки.
– Чувственность, – отвечаю я, пытаясь говорить спокойно, и замечаю довольную улыбку Адама, – рассудок и разум.
– Спасибо, мисс Грин.
Я облегченно выдыхаю. Адам убирает руку и тихо смеется, а мне в эту секунду хочется провалиться сквозь землю.
Когда пара заканчивается, мы с Кингом поспешно выходим из универа и направляемся к его машине. Перед глазами всплывает сегодняшняя встреча с Риком, и я нервно сглатываю, стараясь не подавать виду. Адам дает газу, и все мысли вылетают, а на смену им приходит инстинкт самосохранения. Парень включает адскую музыку и подпевает, задорно поглядывая на мои мучения и попытки закрыть уши. Безжалостные крики прекращаются только после того, как он паркует машину во дворе.
Рука Кинга ложится мне на талию, и мы идем к крыльцу.
– А где ваша горничная? – интересуюсь я, когда мы заходим в дом, и Кинг вводит пароль от сигнализации.
– Я дал Стефани сегодня выходной.
Как же у них чисто. Адам нажимает на пульт, темные шторы в прихожей раздвигаются, и комнату озаряет солнечный свет. Сегодня теплый день, даже можно сказать – жаркий. Кинг снимает футболку и принимается дразнить меня своим мускулистым торсом. Я пытливо наблюдаю за ним: вот он включил телевизор, пошел на кухню, взял из холодильника воду.
– Я не хочу, спасибо, – говорю я, когда парень протягивает бутылку. – Я могу принять душ?
– Почему ты спрашиваешь? – удивляется парень, и я застенчиво улыбаюсь. – В моей комнате есть ванная, любое полотенце – твое.
Я киваю и скрываюсь в просторном коридоре, попутно вспоминая, где находится комната Адама. Методом проб и ошибок я все-таки нахожу на втором этаже знакомые кирпичные стены и просторную кровать. Закрываю дверь и подхожу к книжной полке, изучая литературные предпочтения Демона. Среди твердых переплетов я замечаю фотографию в рамке и осторожно беру ее в руки.
На снимке его мама. Совсем молодая, она держит на коленях светловолосого мальчика лет пяти, нежно обнимает его и счастливо улыбается. Серо-голубые глаза ребенка заставляют сердце судорожно сжаться. Адам похож на маленького ангелочка, такой милый и еще не обозленный на весь мир.
Сейчас от этого мальчика почти ничего не осталось.
Я кладу фотографию на место и иду в душ. Огромная душевая кабина вводит меня в ступор, и около минуты я стою обнаженная перед включателем и не знаю, какую кнопку нажать. В итоге нажимаю на самую большую, и сверху на меня обрушивается ливень холодной воды. Я с диким визгом выпрыгиваю из душа и врезаюсь в Адама.