«У тебя все хорошо?»
Но как только я погружаюсь в тему занятия, в мир Фрейда и бессознательности, мой телефон мигает сообщением.
«Ай-ай-ай… Малышка Эмили снова разучилась парковаться».
Его сообщение вызывает довольную улыбку на лице, а осознание того, что он совсем близко, заставляет сердце биться чаще.
«Джон оторвет тебе голову».
Несмотря на уверенность, что Кинг не станет громить новенький вольво, в душу все равно прокрадывается сомнение в правильности поступка. И, когда мой телефон снова вибрирует, я только нервно вздыхаю.
«Я знаю другие способы наказать тебя».
Я уже собираюсь с мыслями и придумываю колкую фразу Демону в ответ, как на всю аудиторию разносится звук пожарной сирены.
Глава 8
Сирена
Коридоры университета наполняются взволнованными голосами. Некоторые, поддавшись всеобщей панике, спешат к выходу и в конце концов переходят на бег. Я следую за потоком суетящихся студентов, пытаясь дозвониться Адаму, но длинные гудки не прекращаются, и я в очередной раз кладу трубку.
Теперь паника охватывает и меня.
Возле главного выхода образовалась большая пробка, и, не решившись пробраться сквозь толпу, я разворачиваюсь к другому выходу, по дороге пытаясь набрать сообщение Кингу.
Ответ приходит сразу же.
Я отрываюсь от телефона.
Посреди коридора стоит Адам, и его глаза искрятся какой-то детской, необъяснимой радостью. Он одаряет меня белоснежной улыбкой.
Как можно затеряться в многолюдном месте?
Запросто.
Кинг подходит ко мне и молча целует в губы, не обращая внимания на мой удивленный стон. Река студентов огибает нас, никто не обращает внимания на то, что мы делаем, – каждый занят собой.
Так, наверное, управляют массами. Напугайте их, и под шум истерики и криков совершайте что угодно.
Сладкий перцовый аромат моментально расслабляет меня, и тревогу сменяет улыбка. Адам заводит меня в одно из подсобных помещений и сажает на старую парту.
– Нам нужно скорее выбираться отсюда, – шепчу я, делая жадные вздохи между поцелуями.
– Всего лишь небольшое возгорание на третьем этаже в мужском туалете, – шепчет Кинг, снимая с меня майку, – ничего серьезного.
Мои губы касаются багровых крыльев на его шее, спускаясь ниже, а пальцы расстегивают пуговицы его черной рубашки, обнажая трех темных слонов на груди. Я нетерпеливо касаюсь губами рисунка, отдаваясь головокружительному желанию.
Страх того, что нас могут застать на «месте преступления», заставляет меня целовать его жадно и одержимо. Адам расстегивает ширинку и раздвигает мне ноги.
– Ты – моя, Эми, – шепчет он, – дома, в машине, даже в стенах университета. Я хочу тебя везде.
С этими словами он резко входит в меня, высвобождая из моих уст громкий стон. Сирена не прекращается, за дверью слышатся шаги и встревоженные разговоры. Весь этот шум только сильнее распыляет нас с Кингом, и чеширская улыбка становится шире.
Я реагирую на его толчки ответными движениями, цепляясь пальцами в его плечи. В любой момент дверь может открыться и на всеобщее обозрение предстанут два обезумевших тела, слившихся воедино. Громкое дыхание Адама прерывается в моменты поцелуев. Его пальцы поглаживают мой живот и забираются под чашечку бюстгальтера.
Мы делим безумие на двоих здесь, в темной подсобке, под звуки пожарной тревоги. Осознание данного факта вызывает на моем лице счастливую глупую улыбку, и я чувствую, как его руки касаются моей шеи, и он резко выходит из меня и переворачивает на живот. Адам прижимает меня к себе, заставляя прогнуться, и снова входит, продолжая нежные движения все быстрее и быстрее.
Я выпрямляюсь и тянусь к его губам, ощущая подступающую кульминацию. Кинг сжимает мое горло, отчего удовольствие разливается по телу с новой силой.
– Тише, Эми, – шепчет он, когда я начинаю стонать все громче. – Ты же не хочешь, чтобы нас услышали?
Он прикусывает мочку моего уха и зажимает рот рукой, чувствуя, как мной завладевает наслаждение, а потом резко выходит из меня и тяжело выдыхает.
– Пойдем, – хрипит Кинг, застегивая штаны.
Мы выходим из подсобки и бредем по опустевшим коридорам, как два нашкодивших ребенка, смеясь и толкаясь.
– Это ты сделал? – спрашиваю я, когда мы оказываемся по парковке. – Поджег мусорную корзину?
Кинг лишь криво улыбается и подмигивает мне.
– Тебя за это могут исключить, ты ведь в курсе?
– Но не тогда, когда ректор – друг моего отчима.
Ничего удивительного. Мы подходим к моей новенькой машине. Когда я нажимаю на кнопку, она довольно пищит, приветствуя хозяйку.