Дурость какая, если вдуматься. Мужчина, который настроен на одноразовый секс, в любом случае уйдет после секса — неважно случится он сегодня или через месяц.
И нужно ли мне тратить этот месяц на одноразового мужчину?
Но сомнений слишком много, и когда Артур тянется к шнуровке на лифе, я отстраняюсь, чтобы посмотреть на него строгим взглядом.
— Только не наглей. Будешь распускать руки — я тебя выгоню!
— Конечно, — радостно соглашается он. — Обязательно выгонишь!
И явно нарываясь устраивает руку на моей заднице, не обращая внимания на шутливый шлепок.
— Я же сказала: не наглей! А то сейчас как отправишься обратно за окно… — новая мысль заставляет меня дернуться и уставиться на ди Альдо во все глаза. — Спящие забери мою душу… А действительно! Как ты будешь уходить?!
Артур пожимает плечами.
— Как ты и сказала: через окно.
— Нет! Исключено. Выйдешь через дверь, как нормальный человек.
Представляю, как разорется хозяйка, обнаружив выходящего из моих дверей мужчину. А разговоров потом будет! Синьора не успокоится, пока не расскажет всему району какая я потаскуха.
Похоже, уже завтра придется искать новое жилье.
Он хмурится.
— Погоди, ты же говорила, что хозяйка дома не потерпит гостей, особенно мужчин?
— Да. Ее дом, ее правила.
— Я уйду через окно, — непререкаемым тоном заявляет этот придурок. Да еще порывается встать — не иначе как собираясь выйти в окно прямо сейчас. Пихаю его обратно в кресло и устраиваюсь сверху верхом, чтобы даже не вздумал.
— Никуда ты не пойдешь.
— А тебе, похоже, нравится распоряжаться, моя радость, — на лице Артура расплывается блудливая ухмылка.
— Иногда. Тебя это сильно отвращает?
Он задумывается.
— Знаешь, нет. Меня это скорее… заводит, — его руки опускаются на ягодицы. Чуть надавливают, заставляя меня податься ближе, поерзать на нем. Так, чтобы у меня не осталось никаких сомнений в его возбуждении. — И поза тоже заводит — люблю, когда девушка сверху… Но в постели нам будет удобнее.
Рефлекторно облизываю губы, поймав его потемневший взгляд. Ну… если и огребать славу блудницы, то хоть за дело!
— Если ты думаешь, что я сейчас уступлю домогательствам… то ты абсолютно прав.
Глава 16
Это стоило сказать хотя бы для того, чтобы полюбоваться его изумленным взглядом.
Вскакиваю и тяну его к постели.
— Эй, я же пошутил! Ты вовсе не обязана…
— Не обязана, но хочу.
Прошлый опыт посеял во мне много неуверенности и страхов. Самое время избавиться от них!
Моя девичья кровать откровенно мала для двоих. Разве что если устроиться в обнимку.
— Не торопись… — шепчет Артур, втискивая меня в свое тело. Странно, но получив формальное разрешение, он ведет себя куда сдержаннее, чем до него. Руки поглаживают мою спину — осторожно и бережно, не спускаясь ниже отведенной приличиями границы. — У тебя такой испуганный вид.
— Правда? — проклятье, у меня и голос испуганный.
— Ага, — он усмехается и вдруг поворачивается так, чтобы я оказалась сверху. — Мне кажется, ты чувствуешь себя увереннее, когда ведешь. Если что, я не возражаю.
Он прав. Мне спокойнее, когда есть хотя бы иллюзия контроля.
— Я не очень-то опытна, — предупреждаю я на всякий случай.
— Я вообще девственник.
— Врешь!
— Вру. Но могла бы и подыграть, — он подмигивает. — Мне, может, стыдно, что я не сберег свой цветочек.
Прыскаю и замираю под его взглядом, в котором нет ни требований, ни похоти. Только теплое восхищение.
— Ты действительно не ждешь от меня ничего? — уточняю я, теребя пуговицу на его рубашке.
— Почему не жду? Мои ожидания весьма конкретны, — руки ложатся на мои ягодицы, вжимают в мужское тело, демонстрируя размер и твердость этих "ожиданий". — Я могу надеяться, что синьорина займется ими?