- Ты мне говорил, что у тебя нет жены и детей. У тебя есть семья?
Мужчина пожал плечами.
- Несколько двоюродных братьев и сводный брат, которого я никогда не видел. Зачем?
- Ты дружишь с ними? По крайней мере, со своими родственниками?
- Мы в хороших отношениях теперь, когда они примирились с тем, что меня не сместить. На самом деле я зашел так далеко, что можно сказать, они лояльны.
- Это дружба? — поинтересовалась она. — Или страх?
- Не имеет значения.
Гвинет моргнула.
- Не имеет?
- Не в Элохиме.
- Элохим? Так вы называете свое царство? Никогда не думала, что у этого места будет название… — подняв ложку, она вернулась к своим вопросам. — А как насчет женщин? Почему ты не женат?
- В этом нет необходимости. У меня есть наследник.
- Кто?
Он улыбнулся и взял ложечку.
- Бри.
Гвинет закрыла рот. Слепо вцепившись в свою ложку, она сказала:
- Но свой ребенок предпочтительнее?
- Я гибрид и не могу иметь собственного ребенка.
Она подумает об этом позже. Хотя демон говорил ровно и бесстрастно, Гвинет не смогла предотвратить приступ сострадания к его бездетности. Она решительно подавила свою жалость. «Ну, моего ребенкаты не получишь».
- Может, у тебя есть куртизанки? Любовницы?
- Я не монах, — признался он.
Конечно, нет. Даже в своей невиновности Гвинет узнала прикосновения опытного человека. Волнение свело ее пальцы. Если она ошиблась…
- И все же, — отметила женщина, зачерпывая ложечкой немного десерта, — твое поведение со мной в прошлом году не было похоже на сексуально удовлетворенного человека. — Она сомкнула губы на ложке. — Ммм…
«Ах, Боже мой, что я делаю? Что я знаю? Он рассмеется мне в лицо и будет прав…»
Он не рассмеялся. Гвинет боялась посмотреть, но и другие чувства были обострены в ожидании его реакции. Никаких признаков смеха, лишь напряженное молчание, потрескивающее в воздухе между ними. И женщина могла поклясться, его взгляд был прикован к ее рту, потому как она ела десерт с преднамеренной чувственностью.
Мужчина тихо пробормотал:
- Секс не может быть больше — или меньше, — чем секс.
От этой грубости кровь прилила к ее лицу. Гвинет была совершенно уверена, фраза, брошенная Свартаном, была намеренна, и это придало ей храбрости, чтобы наконец посмотреть на него. Он сидел в кресле, насмешливо глядя на нее. Все же женщина могла поклясться, небольшой румянец окрасил бледные щеки демона. Если его дыхание и не участилось, то, тем не менее, он застыл в ожидании, в этой абсолютной неподвижности читалось напряжение.
- Тогда, — сказала она невинно, — местные куртизанки тебя не удовлетворяют? Тебе нужен дополнительный… стимул для твоих любовных встреч?
- У тебя есть предложение?
- На самом деле, да. Этот десерт действительно великолепен. Такой сладкий, и так освежает. Что это?
- Боюсь, тебе придется спросить повара. Это традиционный рецепт, но я не знаю, что в него входит.
Изысканно она поднесла ко рту еще немного десерта. Его глаза следили за движением ее губ, языка. И Гвинет была уверена, что победа за ней. И все же он не торопил, не просил подробностей.
«Черт. Не беда, демон не сможет одолеть их. Здесь я могу позволить себе быть великодушной… или нет?»
- Придумала другую игру? Другую сделку между мной и тобой? — Его глаза удерживали ее взгляд, подобно неподвижному небу в солнечный, безветренный день.
«О, Боже, я не могу этого сделать… Бри, думай о Бри».
- Ну же, — сказал он невозмутимо.
- Я дам тебе еще три ночи, — сказала Гвинет, не обращая внимания на растущий жар смущения в теле. Только не влечение, не сейчас, как это еще возможно? — Я готова щедро поделиться с тобой своим телом, экспериментировать с любыми наслаждениями, которые ты захочешь изучить. Но если в это время ты испытаешь оргазм, Бри и я должны получить свободу.
Не двигаясь, демон глубоко заглянул в ее глаза. Казалось, он даже не дышал. «Я зашла слишком далеко. Теперь он будет смеяться мне в лицо».
Его полные губы раскрылись.
- А если я устою перед твоими прелестями и сохраню контроль над собой?
- Мы останемся здесь, и ты никогда не коснешься меня.
Одно долгое мгновение он удерживал ее взгляд.
- Во всем мире худшего для тебя не придумать. Ни свободы, ни секса. С другой стороны, если тебе не удастся довести меня до оргазма за три ночи, то вряд ли я захочу прикоснуться к тебе вновь.
Он пытался унизить ее, заставить отступить. Размышления помогли ей отвлечься, хотя она не могла остановить жар, заливающий лицо, и возмущенное сопротивление каждого мускула.
- Боишься сразиться еще раз? — парировала Гвинет. — Потому что не держишь всех карт?
Его взгляд упал, как будто что-то рассматривая.
«Боже, что я делаю? У меня нет навыков, чтобы угодить опытному человеку, не говоря уже об опытном демоне! Кроме того, мы уже в его распоряжении. Зачем ему заключать такую сделку? Но я его знаю и все делаю правильно. У меня есть воображение. Более того, он хочет меня. Я знаю, он согласится…»
Взгляд мужчины вернулся к ней. Улыбка играла на его губах, проникая в жесткие, темные глаза.
- Хорошо. Я удивлен. Но у меня есть несколько условий, прежде чем я соглашусь на эту сделку.
- Назови их сейчас, чтобы я могла подумать над ними, — сказала Гвинет, уже наученная горьким опытом прошлых ошибок с этим существом.
Блеск его глаз подтвердил это.
- Очень хорошо. Два условия. Во-первых, ограничение по времени. В каждом случае у тебя будет два часа, в течение которых… ах… ты будешь делать нечто очень плохое.
Гвинет кивнула. Два часа — это больше, чем обычно Мидас проводил с ней за один раз. Она была почти уверена, что это было больше, чем сам демон потратил на близость с ней, даже во вторую ночь, хотя, конечно, у нее не нашлось доказательств…
- Но, — добавила она с оправданной подозрительностью, — ты не имеешь права на любой вид сексуального удовлетворения непосредственно перед тем, как начнутся наши два часа.
Его губы дрогнули. Она определенно забавляла его. Покраснев, Гвинет все же подняла голову в неповиновении. Но это было нелегко. Свартан всегда подавлял своим могучим телосложением, даже когда был в таинственном плаще и капюшоне. Теперь же с его драматическими черными волосами и бледной кожей, пристальным взглядом насмешливых темных глаз он был и вовсе огромен. Она не могла не знать о его впечатляющих размерах, о широте сильной груди и плеч, о мускулистых руках под черными рукавами шелковой рубашки. Гвинет дотронулась до его тела, такого теплого, твердого и гладкого, чувствуя, как перекатываются мышцы и сухожилия под ее ищущей рукой.
Она с трудом сглотнула, отчаянно пытаясь сосредоточить свои мысли на сделке. Если он обманет ее снова…
- Как долго твое «непосредственно»? — уточнил он.
- Двадцать четыре часа, — ответила она поспешно и с облегчением.
Если повезет, это уточнение сделает невозможным секс сегодня вечером, и пусть Гвинет отчаянно хотела вырваться на свободу, она была не готова для сексуального контакта с ним. Ей нужно время, чтобы подумать, подготовиться, собрать силы для мужества сделать то, что она должна.
- Ты жесткий переговорщик, — отметил демон.
Его голос и взгляд оставались спокойными, и все же она не могла избавиться от мысли, что он все-таки смеется над ней.
- От тебя я приму это как комплемент, — возразила Гвинет.
Демон склонил голову, будто это он и подразумевал.
- Я принимаю двадцать четыре часа.
- Тогда я принимаю двухчасовое ограничение времени. Какое твое второе условие?
Потянувшись вперед, он поднял свой стакан и сделал глоток вина, показывая, что размышляет. Но Гвинет было не обмануть. Она знала, что демон уже придумал его.
- Я выбираю ночи.
- Что? — потеряла она самообладание.
- Я выбираю, какую ночь мы сможем провести вместе. — Его бесстрастное лицо ничего не выражало.