Что за ведьма, которая трясется от каждого куста? - выдергивая меня из нового потока мыслей, Хэль не поворачиваясь шел впереди, своей интонацией выделяя очередную усмешку. Судя по косившимся на нас местных жителей, которых мы несколько минут назад, прежде чем выйти на открытую местность оставили в пределах скучных, серых зданий, мой фамильяр принял визуальную оболочку как только мы шагнули за порог отеля, на корню пресекая все, сейчас такие заметные, жадные взгляды.
Пере живи с мое и узнаешь — разглядывая крепкую, притягательную спину, я в очередной раз отмахнулась от словно вновь и вновь наступающего притяжения. В своем более реальном обличии оно значительно усилилось, теперь не позволяя даже взглянуть своему «избраннику» в лицо. «Попала, так попала»
Рассматривай это с другой стороны — не заметив его остановки и старательно разглядывая не ровный, усеянный мхом грунт, я едва ли не врезалась в своего собеседника , тут же как ошпаренная отскакивая в сторону — теперь тебе не приходится терпеть нападок твоего отвергнутого демона.
Почему..., почему отвергнутого? - в какой то защите прижимая руки в груди, я действительно чувствовала себя голой, совершенно голой перед знающем обо мне все мужчиной — что ты знаешь об этом?
Ничего особенного — с сосредоточенным прищуром оглядев мое лицо, Хэль наверное пощадил мой пылающий мозг, и сам отодвигаясь в сторону — не смотря на то, что ты избегаешь встречи с ним и когда-то сбежала из-под его черных крылышек, ты не перестаешь думать о нем. И иногда эти мысли не совсем приличные.... - дождавшись, пока мои щеки в полной мере зальются пунцовым цветом, он рассмеялся, разворачиваясь обратно к словно стеной стоящим зарослям.
Не говори глупости! - сейчас была готова как маленькая капризно топнуть ножкой, но мои сапоги лишь еще больше утонули в мягком, словно воздушном, травянистом настиле — я даже..., даже лица его толком не помню. С чего бы мне о нем думать? Погоди... - еще какое-то время пробираясь следом я остановилась — у них что, и крылья есть?
Ты безнадежна! — видимо, уже не удержавшись от моей глупости в местных понятия, Хэль смерил меня удивленным и даже осуждающим взглядом, в прочем довольно быстро возвращаясь к своей вечно улыбающейся маске — ты же изучала мифологию, неужели хотя бы приблизительно не представляешь что из себя представляют демоны?
Немного смутившись от такой реакции, я вновь почувствовала себя студентом, отчитываемым за не выученный и проваленный урок.
Ну — отодвигая в стороны бьющуюся в лицо ветку, я продолжила надо признать, не решительно и тихо. Наивно надеясь не быть услышанной — темные существа, страшной, уродливой внешности, с красной, сморщенной кожей. Часто принимают образ красивых мужчин для заманивания своих жертв.
Еще скажи, с рогами? — несколько раз с усмешкой оборачиваясь в мою сторону, Хэль видимо уже не выдержал моего, не столь убедительного, и по всей видимости бреда. Да, признаю, даже под нападками своего мучителя я боялась искать какой либо информации о нем, с ужасом довольствуясь несколькими популярными сериалами.
Что ты хочешь от меня? Я не помню своего прошлого, не то что какого-то демона — сморщившись, я даже попыталась представить лицо своего ночного гостя, но едва уловив его смутные очертания, в прочем не ощутила и грамма от того, былого страха. Действовал так сам Хэль, или это место было достаточно не магическим для моей маскировки. В прочем, ответ на второе был дан резко, сразу и как не странно, не самим фамильяром. Длительное время терявшись в густых, практически не проходимых зарослях, мы будто по волшебству резко покинули их, в один шаг оказавшись на просторной и открытой местности. Уже привыкнув к немного приглушенному свету, едва пробивавшегося через будто крышей сплоченных веток, я даже прищурилась, на короткое время потеряв не только дар речи, но и способность видеть что-то кроме маленьких, ярко оранжевых пятен.
Это же — быстро и усердно протирая глаза я несколько раз прищурилась, с недоверием оглядывая открывшуюся обстановку. Нет, света здесь было слишком много для такого, слегка пасмурного дня. Вся поляна, если так можно было назвать огромнейшее, раскрывающееся пространство, была не просо усеяна маленькими огоньками, а буквально кишила своей собственной, магической жизнью. Необъяснимый, едва уловимый и ни с чем не сравнимый шелест, больше похожий на чье-то не прекращающее шептание, сопровождаемый довольно резким ветром, делало это место словно отрезанным кусочком, совершенно другого мира.