-Чем же? - конечно, вопрос глупый. Как король демонов, самый главный из темных представителей мог оказаться добродушным и открытым, щедрым и снизходительным...А вообще..., в чем был самый главный критерий доброты? Вопросительно вскидывая бровь на словно буравящего меня фамильяра, я поежилась, не смотря на прочитанность моей головы даже не смея продолжать свой мысленный бред — я понимаю.
-Слишком противоречиво, но пропустим это — Хэль будто украдкой окинул хозяина промелькнувшей тени за моим маленьким окном, продолжая на несколько тонов ниже — что ты намереваешься делать дальше? Я конечно понимаю, что недавно и сам говорил, что сбегать от короля демонов глупо и бессмысленно, но твое спокойствие пугает даже меня. А поверь, сделать это в другой ситуации практически невозможно.
С этими словами я невольно вспомнила свое первое видение. Тогда до ужаса потерянное лицо мужчины, выражало максимальный, душераздирающий страх, который я не только видела на лице ново обретенного друга, но и каждой внутренней фиброй ощущала его пульсирующие порывы... Опустив голову вниз я продолжила, как можно дальше отгоняя накатывающую тоску. Что бы не говорил Хэльвард и каким бы не был хозяин этой повозки, в страхе и смятении бежали мы тогда не от него. Именно это и сбивало с толку мой и без того забитый проблемами разум.
-Я не знаю. Бежать не было смысла, ты прав. Но сейчас, находясь на пути к еще больше пугающей опасности, я чувствую только безысходность... Ты сказал, что ведьма может снять брак? Может я многого не помню и не знаю об устройстве этого мира, но уж точно знала тогда, нося статус одной из сильнейших. Тогда почему так боясь собственного мужа, я не воспользовалась этими знаниями как-то иначе?
Слишком серьезный вопрос, который скорее всего и фамильяр задавал себе не раз, роясь в крупицах более развернутого и максимально доступного воспоминания. Не находя ответы и сейчас, он промолчал, с задумчивостью окидывая будто вихрем меняющийся пейзаж. Компании уставшей ведьмы король по всей видимости предпочел быстрый темп, в котором карета неслась по удивительно ровной для здешних лесов дороге.
-Я не доверяю ему и не собираюсь этого делать. По крайней мере до того, как разберусь со своей головой. Но, если бы он хотел убить нас, сделал бы это еще при первых признаках появления нежданной гостьи. Остаться на более продолжительное время в живых, пока единственный критерий, который меня волнует.
Мужчина кивнул, слабо одобрительно окинув девушку тем же внимательным взглядом. С момента их обнаружения он сильно изменился в ровности и открытости своих слов, будто немая статуя, как приложение находясь рядом со своей хозяйкой.
-Одно мне интересно... - наблюдая за этим и обдумывая каждое слово, я продолжила, нарушая уже раздражающий, монотонный стук колес. Я любила тишину. Но в таком проявлении она была уж слишком зловещей — Зная меня король естественно знаком и с тобою, но ни как не обратил внимание на твое присутствие. Это манера высокопоставленной знати или есть какая-то другая весомая причина?
-Если я просто отвечу, что второе, ты же не оставишь свои попытки узнать больше, забивая и этой совсем не значимой ерундой свою прекрасную голову? - впервые за последнее время искренняя улыбка, придала мне сил, заставляя и саму, в каком-то диком предвкушении сложить слегка подмерзшие руки — в роли фамильяров мы не любим общаться с другими живыми представителями. Являясь самыми ценными из артефактов мы имеем куда большее привилегий чем другие темные. Сомневаюсь даже что твой демон муж когда то слышал мой голос и уж тем более вел непринужденные беседы. Для всего темного мира это что-то вроде самого разумеющегося, и ни кто не зацикливается над смыслом, и как некоторым может показаться, не правильностью этого факта. Король остается королем, его уважают и почитают как демоны, так уж тем более безродные низшие, но фамильяр, тем более самой ведьмы, он боготворит только свою привязанную и избранную судьбой — речь, больше похожая на любовное признание вперемешку с банальной, но еще совсем не привычной мне клятвой верности, заставила смутиться, непроизвольно поджимая будто зудящие губы. Хэльвард, как впрочем я уже знала из ранних событий, умел создавать особую атмосферу, на прочь лишая иногда будто въедающегося, пронизывающего холода. Получив от меня довольно жаркий и страстный взгляд, мужчина и сам блеснул глазами, жадно проскальзывая по всему контуру моей тонкой фигуры. Ему бы хватило одного щелчка, нет, одной мысли, чтобы я оказалась совершенно голой. Совершенно не беспокоясь о моей предварительной готовности, он без труда мог разгорячить меня и саму, одним жестом или даже мыслью разнося съедающий пространство жар... «Чертова карета. Нужно было воспользоваться уединенным моментом на той тихой поляне...»