— Почему? — одними губами прошептал Иван.
— Мы не можем своими губами осквернять Его имя.
— А вы кто?
— Ты черта помянул, я пришел, повелевай.
— Я!? Как, это? Что значит повелевай? Я не знаю, — растерялся Иван.
В тот же миг жуткая судорога сковала все его тело, боль была дикая, адская. Иван корчился на диване как червяк на крючке. Было так больно, что он не мог даже вскрикнуть. Затем подступила страшная тошнота. Дикий приступ рвоты низверг прямо на постель все, что было в желудке. Сильнейшая боль в животе и затем, неудержимый позыв привели к полному опорожнению кишечника. Сильнейший озноб, лютая лихорадка, зубы застучали как испанские кастаньеты. Разум помутился, перед глазами поплыли круги и вдруг все померкло, словно кто-то щелкнул выключателем. Иван потерял сознание.
— Хозяин!!!
Иван едва приоткрыл глаза. Комнату слабо освещали утренние сумерки. Ему было так плохо, как никогда раньше. Сил не было совсем. Он чувствовал себя абсолютно опустошенным в прямом и переносном смысле. Мыслей не было.
«Я хочу умереть, — подумал он вдруг, — пусть все это закончится».
— Хозяин!!! — никак не унимался голос.
— Убей меня, — чуть слышно прошептал Иван слипшимися от рвотной массы губами.
— Не в моих силах, — ответил голос.
— Тогда иди, продолжай черпать море решетом.
— Ох, слушаюсь, хозяин.
— Ты здесь?
Ответа не последовало.
«Мама! — подумал он, — хоть маму-то могу я позвать. Во что же я вляпался? Что мне со всем этим делать? Кому расскажи, ведь не поверят».
Теряясь в догадках, он с большим трудом сполз с многострадального дивана. Стрелки на часах показывали пять часов утра. Иван подошел к зеркалу и ужаснулся. Оттуда на него смотрело изможденное, покрытое морщинами лицо старика. В волосах появилась хорошо заметная седина. Из впалых глазниц смотрели совершенно безумные глаза.
«Ну, вот и все, прошептал Иван», — осталось немного.
Он опустил взгляд ниже и содрогнулся. Вся одежда была в засохших пятнах рвоты и фекалий. Вонь стояла несусветная. Иван принялся срывать с себя одежду. Раздевшись полностью, он запихал грязную одежду в мусорный пакет. Туда же последовало и постельное белье. Он забрался в ванну и открыл кран. Долго стоял под струями горячей воды, тщательно вымылся, побрился.
«Ничего, капитан, ничего, — подумал он, — еще потрепыхаемся».
Иван прошел в кухню, сварил себе кофе. Аппетита не было. Он уселся за стол, с головой погрузившись в глубокие раздумья.
«Итак, первое — никого из них не поминать». На мгновение он замер, испугавшись, что кто-то появится при произнесении местоимения «них». Но никто не появлялся. «Уже хорошо. Во-вторых… А что во-вторых? А во-вторых, разбираться нужно с этим. Я не псих, это точно. Что-то этот дед со мной сделал. Что он мне сказал? «На тебе?» Что же он мне такое дал? Кстати, а интернет зачем? Гугл мне в помощь. Ох, Гугл помянул. Этот хоть не припрется? Ну, шучу, уже хорошо».
Иван сходил в комнату и принес оттуда ноутбук. Включил, поставил курсор в строку поиска браузера. «А что искать? А все подряд» — решил он и застучал клавиатурой. «Итак, набираем: «колдуны, колдовство, что может передать колдун перед смертью». Тут же начали появляться ссылки. Иван принялся читать.
«Ну ни хрена себе!» — примерно через четверть часа глубоко изучения материалов в интернете, ошарашенно воскликнул он.
«Мама дорогая! Это ж он мне дар свой передал! А мне-то с этим что делать? На кой че…, нет, нет, нет, не упоминаем. На хрена мне это нужно? Почему я?
Это что же получается, я теперь колдун? Я — колдун?! Нет, нет и нет! С этим нужно что-то делать. Это нужно прекратить, раз и навсегда. Я нормальный, обычный человек, мне все это сверхъестественное даром не надо. Я жениться хочу, детей хочу, жить хочу спокойно, без этого всего. Нужно в церковь сходить, там помогут. Действительно! Как я сразу не догадался? Сегодня же, прямо с утра. В какую церковь пойти? Эх, пойду в Коложскую, она самая древняя, там точно помогут.
Иван не мог дождаться начала рабочего дня. Он был абсолютно уверен, что у него все получится, он освободится от этого тяжкого груза и заживет своей прежней жизнью.
В банке все смотрели на Ивана с плохо скрываемым удивлением. Несмотря на то, что он привел себя в порядок, вид у него, тем не менее, был, мягко говоря, удручающий.
— Ваня, что с тобой? Ты словно под поезд попал, — увидев его, воскликнул начальник отдела безопасности.
— Да я, Антонович, это, — замялся Иван, — в бане неудачно попарился, перепили мы там, мне плохо стало, откачивать пришлось. Ну и вчера весь день в себя приходил, но не очень получилось.