— Знаешь что, Айзик, — начала я, чувствуя, как начинает дрожать голос, — либо ты берёшь свою магию и исправляешь это, либо я…
— Ты что? — лениво спросил он, приподнимая бровь.
— Либо я откажусь от контракта, — сказала я, подняв палец. — И ты будешь жить в этом мире… бесконечно.
Его глаза вспыхнули оранжевым светом, но я, честно говоря, больше не боялась. После сегодняшнего дня мне уже ничего не страшно. Даже звонки от коллекторов.
— Ты не осмелишься, — прошипел он.
— Осмелюсь, — парировала я. — Потому что для меня это лучше, чем каждый день видеть, как ты уничтожаешь мой дом.
На мгновение повисла тишина. Барсик даже перестал вылизывать лапу и бросил на нас обоих слегка удивлённый взгляд.
— Ладно, — сквозь зубы сказал Азгхар, щёлкнув пальцами.
Печка мигнула и мгновенно вернулась на своё место. Утюг тоже стал как новенький, даже более блестящий, чем был.
— Ты счастлива, Половина? — с сарказмом спросил он, делая широкий жест в сторону восстановленного утюга.
— Более чем, — отрезала я, поднимая утюг и проверяя его.
Барсик снова тихо мяукнул, и я почти поклялась, что это был его способ сказать: "Ха, я победил".
Я сидела на кухне с кружкой чая, пытаясь собрать мысли воедино, но события дня просто не укладывались в голове. Данила со своим "магическим следом", клуб странных людей, а теперь ещё и моя квартира, в которой только что устроили тренировочную базу для хаоса.
И тут он заходит.
Азгхар, в своей новой одежде — тёмные джинсы, идеально сидящие на его длинных ногах, и чёрная рубашка, слегка расстёгнутая у воротника, открывающая ключицы и намёк на мощную грудь. На нём даже кольцо на пальце выглядело, как артефакт из древней магической сокровищницы, который нельзя трогать без разрешения.
Я заметила, что он сменил аромат — от него теперь пахло чем-то древесным, тёплым и чуть сладковатым. Лёгкий шлейф парфюма окутал его, и я невольно задержала дыхание.
Он остановился в дверях кухни, облокотившись о косяк, и смотрел на меня с таким видом, будто изучал, насколько я повреждена сегодняшними событиями. Его оранжевые глаза больше не горели, но их яркость всё равно была почти гипнотической.
"Боже, почему он должен быть таким красивым?" — мелькнула у меня мысль, и я тут же отмахнулась от неё, будто от назойливой мухи.
— Ну? — наконец заговорил он, его низкий голос заставил меня вынырнуть из своих мыслей. — Ты выглядишь так, будто встретила кого-то… интересного.
Я нахмурилась, поставив кружку на стол.
— Ты угадал, — сухо ответила я.
Он вошёл в кухню, грациозно и плавно, как хищник, который точно знает, что находится на вершине пищевой цепи. Сел напротив меня и скрестил руки на груди, отчего его мышцы под тканью рубашки слегка напряглись.
Я поймала себя на том, что пялюсь на него, и быстро отвела взгляд.
— Данила, — начала я, пытаясь сосредоточиться на сути разговора, — парень из клуба. Он назвал себя охотником на демонов.
Азгхар приподнял бровь, но ничего не сказал, ожидая продолжения.
— Он говорил о каком-то "магическом следе", — продолжила я, наматывая волосы на палец. — Сказал, что я им "помечена".
На этом моменте его выражение слегка изменилось. Лёгкая ленца и привычное презрение в глазах уступили место внимательности. Он выпрямился, упёр локти в стол и наклонился ко мне.
— И что он ещё сказал? — его голос стал серьёзным, почти угрожающим.
— Ничего конкретного, — я пожала плечами, хотя внутри чувствовала, как меня снова охватывает тревога. — Только что этот след нельзя скрыть. И что магия всегда оставляет свои метки.
Он молчал несколько секунд, будто переваривая информацию. Его взгляд стал тяжёлым, и я почувствовала, как воздух в комнате становится гуще.
— Охотник, — наконец произнёс он с презрением, откинувшись назад. — Они всегда думают, что знают всё.
— То есть он опасен? — уточнила я, чувствуя, как ладони начинают потеть.
Он ухмыльнулся, и эта ухмылка была настолько хищной, что у меня перехватило дыхание.
— Для тебя? Нет. — Его голос был холодным, как лёд. — Для меня… ещё меньше.
— То есть я могу не переживать? — саркастично уточнила я, пытаясь скрыть свой внутренний мандраж.
— Половина, — он посмотрел на меня с лёгкой усмешкой, которая, по идее, должна была меня успокоить, но почему-то только больше раздражала. — Если бы я сказал "переживай", ты бы всё равно ничего не сделала.
Я закатила глаза, взяв кружку с чаем и снова сделав глоток.
— Ты просто невероятно умеешь поддержать, знаешь?
Он встал, выпрямляя спину, и его фигура казалась ещё более высокой и внушительной.