Удивление или неизбежность? Я предполагал, что в ту ночь он отправился не за развлекательной программой. Была вероятность того, что Макс получить наказание за свершенное преступление. Но вот удивлен ли я? Потому как слышу в голосе Дмитрия не радость, а обреченность и разочарование. Даже не в ком-то. А скорее в себе. Он не получил удовольствие от воздаяния. Как это было раньше. Как он раньше любил заставлять проходить испытания людям. Именно из-за него я захотел попасть в мир людей. Я заметил как он это делает. И на что люди идут ради приза, который он обещает. А когда я увидел Алю, то не узнавал себя. Болел за то, чтобы ей удалось пройти все препятствия установленные Дмитрием. И ей это удалось. Как я уговорил Хранителя отпустить меня в мир людей, поражает меня до сих пор. Я очень хотел увидеть ее в реальности. Красавица Альбина. Само воплощение нежности и ранимости. Ее волосы отливали золотом, а глаза были темно-карии. Цвета темного шоколада. Овальное лицо, а на щеках ямочки. Я до сих пор ее вижу перед глазами.
Я попросил Дмитрия позволить мне ее одарить. Это ведь просто. Каждый демон умеет это делать. Только я забыл предупреждение Хранителя. Из-за того, что мы первые в роду наполненные силами Огненной воды и землей из праха демонов: наши силы велики. Я хотел ее одарить. Но ее человеческое тело не выдержало.
Чувство вины. Перед невинной девушкой и этим демоном, который всегда относился к жизни со смехом. Его это подкосило. Он стал эгоистичнее и жестким. Но прикрывал это под маской веселого безбашенного парня-демона.
- Он это заслужил.
- Вы ведь сегодня отправились к Вакуле, - констатировал Дмитрий и посмотрел на меня. - И как? Этот старик еще жив?
- Жив. И он нам кое-что сказал. - демон выжидательно смотрел и готовился. Дмитрий в напряжении сжимал руками кору бревна и на нем оставались следы. Он волнуется. - Ее демон слишком силен для двоедушника. И ее человеческая душа … может не выдержать, если позволить демону познать всю мощь.
- Ложь! - воскликнул Дмитрий подскакивая с бревна. - Это не может быть правдой! Это значит… ей просто придется стать человеком и не испробовать жизни демона, что ли?
- Дмитрий, - Леонид медленно подошел к демону и положил свою руку ему на плечо. - Нам обоим придется уйти из ее жизни. Чтобы внутренний демон не сорвался.
Блондин резко отпрыгнул от брюнета и ехидно поднял одну бровь.
- Так это что ложь? Ты хочешь таким образом избавиться от меня? Хочешь, чтобы я ушел из жизни Даны?
- Глупости не говори!
- Может я попрошу освободить меня Хранителя. И тогда я смогу быть с девочкой,- озарился идеей Дмитрий.
- Это бессмысленно, - устало произнес Леонид.
- Почему?
- Она любит… меня. А я ее. Это бессмысленно менять свою жизнь ради того, кто заинтересован в другом.
Дмитрий разбитым взглядом уставился, ни видя ничего перед собой. Его резко охватила дикая жажда. И казалось, что он выпит досуха. Словно все стало бессмысленно. Правильное слово подобрал Леонид.
- Значит, она призналась, - глухо прошептал он.
- Да.
- Ну хоть в этот раз честно. - медленно побрел Дмитрий, едва переставляя ноги. - С твоего позволения. Я с ней попрощаюсь.
И исчез. Леонид поднял лицо к небо и протяжно закричал. Он снова испытывает это. Противное чувство вины перед Дмитрием. Но он должен был знать. Должен.
10.4.
- Дана, скоро дождь, - мама вышла из дома и присела рядом с дочерью. - Не замерзнешь?
- Неа, - мечтательно уставилась на небо Дана.
- Влюбилась?
- Есть такое.
Мамин понимающий вздох говорил о многом. Видимо она тоже вспоминала свою влюбленность и не могла забыть.
- Мам, а кто мой отец.
- Ты ведь его знаешь. Тимур его имя, - озадаченно ответила женщина.
- Нет, мам. Я про другое, - взволновано ответила девушка. - Ты, когда жила с ним, не замечала за ним странности?
- Знаешь, дорогая, - приобняла свою дочь Алевтина и уселась поближе. - Все люди по-своему странные. Но когда любишь, то любишь все странности любимого. Были ли у него странности? Конечно, были.
- А какие? - тут же спросила Дана.