— Пообещай мне, что не скажешь Квену, — попросила я. Она заколебалась, и я добавила: — Кери, прошу тебя. Если я не такая, то пусть никто не знает об этом. Пусть я сама скажу кому захочу и если захочу. Пожалуйста. А иначе я просто… пешка в чужой игре.
Она с несчастным видом сцепила перед собой руки, а потом медленно кивнула.
— Я никому не скажу, — прошептала она.
Тут же напряжение упало мне внутрь как свинец. Я посмотрела на крышку комода, где сложены были колдовские инструменты, и, с усталым сожалением об утраченной возможности когда-либо жить нормальной жизнью, я встала. Из зеркала, местами выцветшего от старости, на меня смотрело мое отражение. Я медленно вздохнула:
— Ты мне сперва покажешь?
Кери встала так, что я видела за собой ее отражение.
— Я этого не умею, Рэйчел.
Супер.
Ощущение было такое, будто за мной закрылась дверь. Передо мной — огромная чернота, широкая и всеохватная, а я должна верить, что где-то в будущем все должно кончиться хорошо. Вот это и есть моя жизнь, подумала я с тяжелым чувством безнадежности. Вытерев руки о джинсы, я решительно подошла к комоду. Пора выяснить, на что я способна.
Свеча на комоде отражалась в зеркале, и казалось, будто их две. Рядом лежали мелок, металлический диск, моток бечевки, иголка для пальца и флакон масла из виноградных выжимок. Еще там же лежал мой учебник лей-линейной магии, открытый на последних пустых страницах для заметок. На одной из них написано было неряшливо «ЗАКЛИНАНИЕ СВЕТА ОТ КЕРИ», нарисованы схематические картинки движений руки и фонетически записанные латинские слова, сопровождающие эти движения. Я знаю, что Кери очень было неприятно, что я не знаю латыни хотя бы настолько, чтобы нормально прочитать, но последние годы меня все время отвлекало что-нибудь другое, и вряд ли это изменится. Зато навыки жестикуляции у меня в порядке.
— Ну, хорошо, — сказала Кери, беспокойно шевельнувшись у меня за спиной. Я смотрела на ее озаренный свечами облик в зеркале и думала, как она будет учить меня заклинанию, которого не умеет делать сама. Запах корицы и шелка смешивался с ароматом воска от свечи и чугуна от висящего наверху колокола. Это напомнило мне про горгулью, но зверь все еще спал, когда я посмотрела вверх.
— Твое базовое кольцо надо привязать повыше, чтобы получилась хорошая сфера, а не наполовину внутри комода, — добавила она с деланной живостью, от которой у меня голова заболела. — Когда мы ее поставим, трогать ее будет нельзя, иначе разрушатся чары.
— Как любой круг? — предположила я.
Она кивнула и заморгала от удивления, когда глянула вверх и увидела горгулью.
— Это не?.. — спросила она неуверенно, глядя с неподдельным интересном.
— Горгулья, — договорила я за нее. — Вчера объявилась. Дженкс сильно напрягается, но зверь только спит, и все. — Я подумала и спросила: — Нам куда-нибудь отсюда перейти?
Улыбнувшись будто про себя, Кери покачала головой:
— Нет, они приносят удачу, как говорила моя бабушка. Горгулья тут вполне к месту. Бабушка говорила, что пикси для эльфов — это как горгульи для колдунов.
Я расплылась в улыбке, вспомнив, как детишки Дженкса липли к Кери и как мать Элласбет, тоже чистокровный эльф, восхитилась Дженксом. У меня не было таких «волшебных» чувств к куску сонного камня среди балок колокольни. Насколько я знаю, ни у одной ведьмы или колдуна тоже. Но опять же: я — единственная известная мне ведьма, живущая в церкви, а церковь — единственное место, где может завестись горгулья. Наверное, большие колокола воздух ионизируют или чего-нибудь в этом роде.
— Ты точно уверена, что этот зверь не помешает? — спросила я, показывая на горгулью.
— Нет. Я бы попыталась с ним познакомиться и попросила бы его привязать бечевку, если бы он не спал.
Я с надеждой посмотрела на крылатое серое существо, но оно не шевельнулось. И его большие мохнатые уши тоже.
— Я это сделаю, — сказала я, залезла на крышку комода и встала на ней.
Моя голова оказалась внутри колокола, и от слабого эха в ушах у меня мороз прошел по коже. Быстро привязав бечевку к языку, я слезла.
Кери взяла бечевку зубами, чтобы отрезать длинный кусок, потом ловкими пальцами завязала узел с тремя концами привязав к нему металлическое кольцо размером с ладонь. Отпустила кольцо, и оно тихо покачивалось на высоте груди над комодом.
— Вот так, — сказала она, отступая. — Отличный будет светильник.