— Может доехать до ворот, но там он и останется ждать.
Плавно и грациозно повернулся и пошел вниз по ступеням.
— Стрекозиные какашки тебе в нос, — буркнул Дженкс. — До ворот, до ворот…
Мне грудь стеснила тревога, и я посмотрела на Айви, стоящую у самой двери с внутренней стороны. Господи, какая же я дура: ехать в крепость Трента сидеть с умирающим. Но вина — а может быть, и любопытство, — были сильнее страха.
— Ты знаешь, что я хочу ехать, — сказала она, и я кивнула.
Квен был укушен вампиром, у него был не привязанный шрам. Просить его терпеть присутствие Айви — совсем нехорошо.
— Я тебе позвоню, когда что-нибудь буду знать, — сказала я. Помедлила, не зная, что еще можно добавить, и пошла вниз по лестнице. Дженкс сел ко мне на серьгу. Увидев, что я иду к гаражу, Трент опустил стекло и сказал:
— Я вас отвезу, Морган.
— Поеду на своей машине, — бросила я, даже шага не замедлив. — Мне не улыбается застрять на твоей земле без возможности добраться домой.
— Как хотите, — сухо ответил он и поднял стекло. Аварийка выключилась — Трент ждал меня.
Я оглянулась на Айви, стоящую возле тыквы Дженкса. Она успела выйти, когда я шла к своей машине. Вид у нее был не слишком довольный, но и у меня тоже.
— Надеюсь, ничего с ней не случится, — сказала я, открывая дверцу.
— Я вообще-то больше за нас волнуюсь, — ответил мне Дженкс.
Я села, захлопнула дверцу, устроилась.
— Том — слабак, — заметила я. — Он Ала вызывать не станет.
Ветерок от крыльев Дженкса холодил шею.
— А если кто-нибудь другой вызовет?
Я завела мотор — он зарокотал успокоительно и надежно.
— Спасибо, Дженкс. Вот этих слов мне сейчас больше всего не хватало.
Глава двадцатая
Длинная дорога, отходящая от федерального шоссе к дому-офису Трента была оживленной. Двухполосное полотно вилось и вертелось через обширный старый лес. Я однажды бежала по нему, спасая свою шкуру, от конной погони с собаками, и восторгов он у меня с тех пор вызывал мало.
Выехав из города, понеслись быстро и спокойно. Дженкс впал в задумчивое молчание, когда я предложила ему мирно поболтаться у внешних ворот, а потом найти меня на территории, когда сумеет ускользнуть от охраны Это было всего пять минут назад, а мне уже недоставало этого пикси. В тревоге я глянула на сумку, лежащую на сиденье рядом — я ее оставила открытой, чтобы он мог туда нырнуть, когда появится. Глупо было бы думать, будто Трент не станет ожидать от Дженкса попыток обмануть охрану, но это будет еще и доказательство, что Трент сам себе оказывает медвежью услугу, отвергая пикси как охранников. Раз Квен умирает, ему придется кого-то искать.
А Квен и правда умирает? — подумала я, чувствуя угрызения совести, что вчера не восприняла Трента всерьез. — И почему он думает, что это моя вина?
Я глянула на спидометр и сбросила газ, чтобы не врезаться в Трента. А когда показался многоэтажный и многоакровый комплекс офисов и лабораторий, я от удивления сбросила скорость до черепашьей.
Парковка для посетителей была забита, даже на траву выплеснулись машины. Одну сторону заняли белые школьные автобусы, им навстречу уперлись ряды дорогих машин и совершенно неожиданный автобус гастролирующей рок-группы. Через стекло мне был виден затылок Трента, и я сверлила его негодующим взглядом. Квен умирает, а он устраивает веселуху?
Я еще сбросила скорость, опустила окно, чтобы слышать разговоры и надеясь, что Дженкс в него влетит. Повсюду народ в маскарадных костюмах, быстрые возбужденные движения, водоворот толпы перед широким входом. Трент мигнул стоп-сигналами, у меня адреналинчику добавилось, когда пришлось нажать на тормоза, чтобы не врезаться в него сзади. Я едва успела, отвлекшись на трехфутового призрака, мелькающего между машинами. За ним гонялась какая-то торопливая женщина с папкой в руках.
Это была ежегодная хеллоуинская феерия Трента, где до отвращения богатые тусовались с трагически обездоленными — чтобы столько же этим последним помочь, сколько и привлечь к себе сердца и заявить о себе как о политике. Какая же мерзость — год выборов!
Стиснув пальцы на рычаге передач, я ползла потихоньку, глядя на публику и выискивая, куда приткнуть машину. Я не могла поверить, что на парковке нет служителей, но, очевидно, имитация посещения бедных кварталов входит в программу развлечений.
Трент высунул из окна руку, показывая на служебный въезд. Это была отличная мысль, и я пристроилась за ним, игнорируя знак «ПРОЕЗДА НЕТ». Кто-то в черном побежал к нам рысцой по подстриженной траве, но резко остановился и сделал нам знак проезжать, разглядев, кто едет. Это меня не удивило. После въезда в главные ворота за три мили отсюда мы уже проехали несколько не слишком заметных контрольных постов.