Выбрать главу

— Так ты хочешь, чтобы я договорился о твоей встрече с Фордом? — спросил меня Дженкс неуверенно.

Ах, да. Я прищурилась, обдумывая. Я хочу знать, кто убил Кистена и пытался меня привязать, но страшно это было чертовски. Увидев сквозь сырую ночь, что слишком еще свежа эта рана, Айви покачал головой и ответила:

— Давай сперва посмотрим, что я найду сама. Должен кто-нибудь что-нибудь знать.

Тонкий огонек страха за нее присоединился к моему страху за себя.

— Нет, я могу это сделать, — возразила я. — Тот, кто это сделал, — определенно нежить, и куда безопаснее мне провести два часа на кушетке у Форда, чем тебе соваться в дела неживых.

Идеальные контуры лица Айви исказились протестом, но не успела она ничего сказать, как я снова чихнула.

Да иду я, черт побери!

Сидящий на плече у Айви Дженкс презрительно фыркнул:

— Можно подумать, у Айви когда-нибудь были проблемы пошарить под землей? Все будет нормально. Меня не было с Кистеном прикрыть ему спину.

Вместе у них был очень решительный вид, и я вздохнула.

— О'кей, — сказала я, сдаваясь, и тут же еще раз чихнула. — Мне пора.

Вот сволочь нетерпеливая. Это как если заехавший за тобой кавалер сидит в машине и давит на клаксон. Вот такое меня тоже бесит.

Я перехватила банку поудобнее и пошла вниз по лестнице в дождь. Очень силен был запах умирающего сада, ноги промокли сразу до щиколоток. У меня за спиной Дженкс что-то спросил, и Айви тихо ответила:

— Потом расскажу.

— Извините, ребята, что оставляю вам такой бардак! — крикнула я через плечо.

Ну-ну. Будто на отдых еду.

— Не волнуйся, приберем.

Впереди меня находилась линия, и я, подходя, разрешила включиться второму зрению. Конечно же, Ал уже стоял в ней, фалды его подергивались, когда он нетерпеливо ерзал. Дождь его не касался, и он посмотрел на меня вопросительно, когда я остановилась чуть не дойдя до линии и повернулась бросить последний взгляд на церковь. Не страх заставил меня повернуться, а удовлетворение.

Над церковью стояла красная дымка от перекрытия с безвременьем, но я еще не вошла в линию и потому видела Айви и Дженкса на заднем крыльце, на самом краю дождя. Айви обхватила себя руками, но опустила руку, увидев, что я на нее смотрю. Махать она не стала, но я знала, что она думает, и знала, что они с Дженксом будут волноваться, пока меня не будет. Дженкс казался отсюда сверкающей капелькой серебра — сидел на плече у Айви и рассказывал небось ей неприличный анекдот, полный сексуальных намеков. Они друг друга поддержат, пока я не вернусь.

Я помахала им рукой и с новой уверенностью в походке заправила за ухо прядь волос, поворачиваясь к Алу. Демон ждал нетерпеливо и даже какой-то сделал достаточно грубый жест, как бы спрашивая, какого черта я застряла. Я улыбнулась, подумав про себя, что следующие двадцать четыре часа будут не похожи ни на какие другие в моей жизни. Да, я действительно шла в безвременье, но я не боялась.

Я ничего не должна Тритону и могу не сомневаться, что она меня не тронет, пока я сама не начну ее искать — можно подумать, такое вообще возможно. Я заключила адскую сделку с демоном, но так же огромно и вознаграждение: моим любимым не грозит опасность, как и мне. С помощью Дженкса я похитила нечто такое, чего никогда никто не мог похитить за всю историю безвременья, вынесла катастрофические последствия этого и осталась жива. Я спасла мерзкую эльфийскую шкуру Трента и, если повезет, тоже останусь жива. Ребенок Кери, а с ним вся популяция эльфов, будет процветать. Но не это самое лучшее. Самое лучшее — то, что я оставляю за спиной, зная, что вернусь.

У меня есть моя церковь. Мои друзья. Мать, которая меня любит, чертов этот квазипапаша, который все же сделает ее опять счастливой. И что с того, что мои дети, если они вообще родятся, будут демонами? Может, и права моя мать. Может, есть в этом мире некто, понимающий, что есть в мире хорошее, уравновешивающее плохое. И может быть, когда я этого кого-то найду, я уже буду такая крутая, что никто, ни даже сама Тритон не посмеет нас пальцем тронуть.

Впервые за долгое-долгое время я знаю, кто я, знаю, куда иду. Вот сейчас я иду именно сюда. В безвременное счастье безвременья.