Трент чуть не освободился из моих пальцев, но я держала крепко, не желая смотреть ему в лицо.
— Кери вам сказала? — спросил он в замешательстве, и я подумала, не собирался ли он на ней жениться и выдать ее ребенка за своего.
Я обернулась, давая ему как следует рассмотреть мою презрительную физиономию.
— Да, она мне сказала. Мы с ней друзья. — Были, во всяком случае. Он смотрел с бесстрастным лицом, и я ощутила укол чувства вины. — Послушай, мне очень жаль. Если это что-то для тебя значит, я думаю, что вы с Кери смотрелись бы отлично, и дети у вас были бы красивые, но вам-то каково будет? Кто тут будет счастлив? Нет, ну правда же.
Он отвернулся, рассматривая впереди нас пару, одетую Бонни и Клайдом.
— Рэйчел, — сказал он, когда песня перешла к последнему, тошнотворно романтическому куплету, — мне нужно, чтобы вы ко мне приехали. Сегодня.
Я только рассмеялась, глядя на часы.
— Вот уж чего не будет. — Подумав, что если я не сообщу причины, он меня может оглушить, усыпить и отвезти, я добавила: — Это невозможно, Трент. Если я не буду до заката на освященной земле, Ал про это узнает и возникнет сразу же.
Я не могу рисковать. Но я тебе вот что скажу: я приеду к тебе завтра днем за огромным, щедрым гонораром за консультацию. И все равно ты от меня услышишь только «нет».
У него на лице мигнул страх и исчез так быстро, что я и не подумала, будто он пытается мною манипулировать.
— Завтра будет слишком поздно, — произнес он совершенно отчетливо среди грохота музыки и гудения роликов на досках. — Прошу вас, Рэйчел. Мне было бы совершенно все равно. Но меня просил Квен, и я за него прошу, а не за себя.
Так, блин, минуту. Что за фейрийское дерьмо?
Вдруг утратив уверенность, я остановилась, оттаскивая Трента с дорожки, чтобы мы ни у кого на ходу не торчали.
— Квен? А зачем я Квену понадобилась?
Свет включился снова, и от внезапного грохота колонок мы оба вздрогнули.
— Пять часов, скейтеры! — зарокотал голос Чеда. — Время награды лучшего маскарадного костюма для дневных жителей. Построились, и Астон со своей стервозой наградят лучшего хмыря или хмыриху годичным абонементом!
Костюмированный народ радостно заорал, многие быстро стали выстраиваться в очередь. Я хотела уйти с катка, но было не пробиться. Маршал стоял рядом с Джоном, и оба они смотрели на нас с таким видом, будто ни один не хочет быть замеченным в присутствии другого, но информацию друг из друга были бы не прочь выудить. Маршал казался почти коротышкой рядом с этим мерзким эльфом, которому Трент поручал почти всю бюрократию. Я послала ему взгляд, говорящий, что это была не моя идея.
— А почему Квен не может сам прийти ко мне? — спросил я, когда могла уже расслышать себя за шумом публики… и тут все встало на свои места. — Да чтоб тебя черт побрал, Трент! — зашипела я. — Дурак ты, бизнесмен. Ты его послал в безвременье, когда я отказалась?
Обычно спокойное лицо Трента исказилось гневом. У него за спиной выехал на дорожки Астон, владелец роллердрома, а у него на руке висела брюнетка с осиной талией, но фигуристая, явно под воздействием увеличивающих бюст чар. Оба они уже хорошо приняли, но Астон когда-то участвовал в олимпиадах как роликобежец, а его подруга, судя по его виду, была королевой роллер-дерби и лучше каталась пьяной, чем трезвой. Чары против боли на соревнованиях запрещены, а алкоголь разрешен.
Шум публики взлетал и падал, когда эта пара проходила мимо костюмированных клиентов. С мест выкрикивали мнения и предсказания, чем должен кончиться конкурс. Я наперла на Трента, пока он не воспользовался возможностью слинять, не услышав, что я о нем думаю.
— Квен ушел в безвременье и вернулся проклятым? — спросила я тоном прокурора. — Ты же не понимаешь, что делаешь! Оставь демонов профессионалам.
Краска отхлынула у Трента с лица, подбородок задрожал от гнева:
— Я бы оставил, но профессионалы испугались, Морган. Они слишком трусливы, чтобы сделать то, что надо сделать.
— Не смей мне говорить, что я трусиха! — заорала я ему в лицо.
Но на мою злость Трент ответил своей не меньшей:
— Я не посылал Квена в безвременье! — Паутина волос развевалась вокруг него. — Насколько мне известно, он никогда там не был. То, что с ним случилось, — прямой результат вашей некомпетентности. Может быть, поэтому он хочет вас видеть. Сказать вам в лицо, чтобы вы перестали пытаться жить достойно имени своего отца, открыли лавчонку амулетов на Финдлей-Маркете и бросили наконец спасать мир!
Это было как удар под дых.
— Отца моего сюда не припутывай! — почти зашипела я и чуть не упала, когда нас высветил прожектор, горячий и мощный.