Черно-оранжевые декорации покрыли переднее крыльцо между разросшимся папоротником в горшке и статуей борзого пса. Стоило бы убрать ее на ночь сегодня, или ее могут вымазать помидорами. А то и похуже.
Со скрипом тормозов Дэвид остановился, поставил рычаг в парковочное положение. Дженкс подлетел ко мне, сказал: «Прямо тут же вернусь», — и выпорхнул в окно.
Дэвид вышел из машины, захлопнул дверцу так, чтобы было слышно. В доме истерически залаяла собачонка. В своем деловом костюме Дэвид выглядел отлично, хотя на лице и в осанке была заметна некоторая усталость. Полнолуние только-только миновало, и его две дамы наверняка заставили его побегать как следует.
Стремясь побыстрее вернуть себе свою жизнь, я выскочила из машины и захлопнула дверцу.
— Рэйчел, расслабься, — процедил Дэвид вполголоса, обходя машину. Держа в одной руке кейс, он другой надел на себя темные очки.
— А я не напрягаюсь, — ответила я, нетерпеливо дергая ногой. — Может, давай все-таки побыстрее?
Только бы это не был Ник. Пусть мне раз в жизни повезет.
Дэвид помедлил, покосился на гавкающую собачонку, видную уже в окне.
— Никого арестовать ты не можешь, у тебя нет ордера.
Я подтолкнула его вперед по короткой дорожке.
— Если мне повезет, на меня кто-нибудь замахнется. А тогда я могу защищаться.
Глядя искоса на мою скупую улыбку, Дэвид фыркнул:
— Ты мне только скажи, нанесен ли ущерб демоном, и мы едем домой. Если да, ты потом можешь вернуться и заставить этого-кто-бы-он-ни-был сжевать его собственные яйца на твоих условиях. Но насколько я понимаю, это какая-то очень милая дама с трещиной в стене.
Ага, а я — продавщица в «Валерия Крипт».
— Да как скажешь, — ответила я, оправила платье и проверила маскировочный амулет. Мы поднялись по ступеням тенистого крыльца. Я решительно была настроена вернуть себе Хеллоуин.
Дэвид резко остановился на коврике, склонив голову и глядя через длинное окно у двери на собачку, устроившую истерику.
— Вызывать демонов не запрещено законом.
Я фыркнула, заталкивая очки в уродливую коричневую сумку, рядом с пейнтбольным пистолетом, магнитным мелом и амулетом-детектором сильной магии — пока что спокойно-зеленым.
— Законом запрещено посылать их на убийство.
— Рэйчел, — сказал он укоризненно-нежно, нажимая кнопку звонка. Собачка запрыгала вверх-вниз. — Не заставляй меня пожалеть, что я тебя взял с собой.
Я глядела зачарованно, как белый пушистый шарик крутит сальто.
— Меня? — спросила я самым невинным голосом.
Собачка тявкнула, сметенная быстрым движением чьей-то ноги в сторону. Я заморгала, и челюсть у меня отвисла, как у дуры, когда дверь сдвинулась, открыв за собой женщину средних лет, в платье в «огурцы» и — бог свидетель — в переднике. Я честно надеялась, что это маскарадный костюм, потому что такую моду пятидесятых ну никак не назвать красивой.
— Здравствуйте, — сказала она нам голосом куклы «маленькая хозяйка». Брови у нее выгнулись, и я подумала, не поползла ли у меня петля на колготках. С виду она не была похожа на заклинательницу демонов. И на убитую горем вдову тоже не очень походила. Может быть, это кухарка.
— Я Дэвид, — представился Дэвид, перекладывая кейс и пожимая ей руку. — Дэвид Хью. А это Рей, моя помощница. Мы из «Верстраха».
Я посмотрела на него неодобрительно: я же здесь не инкогнито, к чему темнить?
— Миз Морган, — представилась я, протягивая руку, и женщина коротко пожала ее с рассеянной улыбкой. От нее пахнуло красным деревом — стало ясно, что она ведьма, а не ворлок, и что недавно она серьезно колдовала. На имидж тихой домохозяйки я не купилась — скорее всего она могла бы меня по стенке размазать. Лучше быть повежливей.
— Меня зовут Бетти, — ответила она, отступая на шаг и снова отпихивая собачонку. Та отъехала в сторону, тявкнула и села на задницу в проеме, ведущем в столовую. — Заходите.
Дэвид жестом пропустил меня вперед, и я, не спуская глаз с сопящей, но замолчавшей собаки, вошла в дом. Юбка на Бетти колыхнулась, когда женщина положила на стол у двери беспроводной телефон между большой вазой конфет в обертках и тарелкой печенья в сахарной глазури. Оранжевые тыквы и черные кошки. О господи, она еще и печет.
— Насколько я понимаю, у вас ущерб, нанесенный водой? — приступил Дэвид к делу, как только дверь закрылась.