— Перейду я на освященную землю, — сказала я, желая, чтобы она уже ушла наконец.
Айви шагнула уже к двери, но снова помедлила:
— А ужин? Если ты закажешь пиццу, ее может привезти Ал.
— Ко мне едет Маршал, — сказала я, многозначительно глянув на Ринна Кормеля, чтобы оценил наш разговор. — Он привезет поесть.
Ревность мелькнула на лице Айви и тут же погасла. Ринн Кормель видел ее рождение и смерть, и когда мы с ним встретились взглядами, я знала, что он понял: мы с Айви уже выработали правила наших отношений — и в этих правилах есть место для других. Так обычно бывает в отношениях у вампиров. Мое нравственное чувство на эту тему молчит.
— Увидимся на рассвете, — сказала она, и мастер-вампир приподнял брови. Айви улыбнулась мне натянуто и обернулась к Ринну Кормелю.
— Пойдем, Айви? — Он предложил ей руку.
— Мистер Кормель! — отозвалась она с напряжением в голосе и руку пока не принимая. — Вы не могли бы мне, пока мы не ушли, надписать вашу книгу?
У меня пресеклось дыхание, я сжалась.
Господи, только не это. Не руководство по свиданиям с вампиром.
Айви обернулась ко мне, глаза ее горели энтузиазмом. Я нечасто такое за ней замечала, и это было даже страшновато.
— Она у тебя еще, да? — спросила Айви. — На ночном столике возле кровати?
— Айви! — воскликнула я, попятившись, и лицо у меня горело. Блин, он же теперь знает, что я ее читала! Мысли перескочили на страницу сорок девять, и я в ужасе смотрела на Ринна Кормеля, который смеялся, глядя на выражение моего лица.
— Я чтобы не провоцировать ее инстинкты! — забормотала я, и он расхохотался еще сильней.
Айви стала хмуриться, и Ринн Кормель взял ее под руку, чтобы увести.
— Я бы с радостью надписал тебе экземпляр, — говорил он, ведя ее к задней двери. — Уверен, что Рэйчел его для тебя найдет, и ты его привези в следующий раз. — Улыбнувшись мне через плечо, он открыл дверь, впуская прохладу ночного воздуха. — Может быть, она захочет до того эту книгу проштудировать, — добавил он, и я стиснула зубы.
— Уже проштудировала! — громко сказала я им вслед, и дверь за ними захлопнулась.
— Помоги мне боже, — пробормотала я, падая на старый диван Айви и вдыхая клуб вампирского ладана, который вырвался из обивки. Если она хочет, чтобы Ринн Кормель надписал ей книгу, может сама выкопать ее из глубины моего шкафа. Я даже не знаю, там ли она лежит.
Глядя в потолок, я задумалась, не может ли Айви найти счастье в истинно вампирских отношениях с Ринном Кормелем. Выглядела она увлеченной им до безумия.
Я вспомнила Кистена и подумала, испытывает ли Айви хоть какое-то чувство вины, как я.
Меня обволокла тишина церкви, и вдалеке послышались звуки заводящейся машины.
— Кистен, — сказала я себе и села. Да, я обещала Айви перейти на освященную землю, но не собиралась оставлять здесь бардак до завтра. Завтра мне ехать с Дэвидом, а когда я вобью малость ума в счастливую банду заклинателей демонов, получу свою жизнь обратно. Так вот.
Встав на пороге кухни, я поглядела на весь этот разгром и вздохнула. Может, заплатить пикси, чтобы они тут убрали?
Но до теплого рассвета они ушли в свой пень, и потому, смирившись с мыслью об уборке, я поплелась внутрь. Когда я подобрала с пола часы и положила на стол, спина отозвалась болью. Почти все содержимое полки было на полу, и я решила все сейчас сложить в кучу, а разобрать потом. Кряхтя, я двинулась к буфету за веником.
Ночь обещалась долгая.
Глава одиннадцатая
При свете заглядывающей в окно луны я оттирала с кухонного стола следы собственных ног. Уборку я уже почти закончила. Понадобилось путешествие в сарай к ящику с инструментами в сопровождении эскорта из двадцати пикси, но в результате я нашла металлическую пластину и шурупы, чтобы снова собрать полку. Я не собиралась класть на нее ничего тяжелее трав, но хотя бы она не будет свисать с потолка на одном гвозде. Да, я сказала Айви, что уйду на освященную землю, но по какой-то пусть идиотской причине верила, что Ал сегодня не появится. В качестве своеобразного «спасибо», что не натравила на него Миниаса. Завтра он снова попытается меня похитить, но сегодня я в безопасности. И я же не сказала Айви, когда я перейду на освященную землю. И вообще сюда едет Маршал, а кухонный стол меньше наводит на мысли о романе, чем диван.
Бросив на стол посудное полотенце, я наклонилась к открытым полкам под кухонным столом. На первом проходе я просто все туда засунула как попало, и это была свалка. Раз я не могу повесить сейчас мелкие котелки для зелий и прочую утварь, то придется как-то по-другому их разместить. Пейнтбольный пистолет лежал в маленьком котелке, вложенном в остальные на нижней полке — как раз, где он будет нужен, если придется ползти. Там он и останется, а вот фарфоровым ложкам нужно будет найти новое место.