Может, и правда глупо участвовать в этом отборе, если она так обо мне думает? Зачем унижать себя участием в подобном цирке, позволяя насмехаться над собой?
Но с другой стороны, я сам во всеуслышание заявил, что буду участвовать, что теперь просто не имею права слиться на радость Лукиллиана. Так что, пожалуй, приму участие, ну а если что-то мне не понравится, то просто покину отбор.
Вернувшись в покои, я принял душ, одел заранее приготовленный смокинг, даже нацепил ненавистный галстук-бабочку и решил выйти во двор, чтобы немного подышать воздухом. Заодно посмотреть на остальных участников отбора, которые, судя по шуму, идущему из открытого окна, уже стремительно прибывали во дворец.
Из воларов выходили самые разные мужчины: высокие и низкие, худые и крепкие, совсем юные и взрослые. Преобладало количество голубоглазых блондинов, но попадались темпераментные темнокожие и кареглазые брюнеты, прибывшие явно с Оскуро.
Их слуги тащили сундуки с дарами для невесты и ее семьи, кто-то даже вел диковинных животных и редких птиц в причудливых клетках. Мда-а, а я что-то не подготовился и подарков не накупил…
Может, сбегать в магазин? Или заказать доставку? А с Земли можно верблюда доставить? Вот бы они удивились! Ха-ха.
Сам не знаю почему, но эта картина дико меня развеселила. Сразу вспомнился фильм про Аладдина, когда он выехал на слоне с танцовщицами и песнями.
Так. Мне срочно нужен слон!
Удивлять так всех сразу!
И я понесся к своему волару, чтобы по-быстрому отыскать слона и заказать танцовщиц в ярких нарядах.
***
Акари
Меня искупали, оттерли всеми возможными мочалками и щетками, словно я никогда в жизни не принимала душ, намыли и намазали кучей косметических средств и ароматных масел. А затем одели, обули и украсили самыми дорогими и ценными украшениями из нашей фамильной сокровищницы.
И вот стою я и смотрю на себя в зеркало и не могу поверить, что я и правда принцесса. Как любят рисовать в книжках: в роскошном, многослойном бальном платье, с красивой прической и даже с небольшой диадемой на голове. Вся сверкаю и сияю аки бриллиант.
Это было нереально красиво, но так чуждо мне, что я отказывалась принять это отражение за свое.
Я натянула на лицо улыбку и вышла из комнаты, звонко цокая небольшими каблучками.
День сегодня обещает быть долгим и тяжелым.
Меня уже ждали в бальном зале, чтобы начать представлять женихов, а я, как назло, стала волноваться. Ну вот правда, зачем мне это? Все во мне противится этому отбору. А перед глазами то и дело всплывают то золотые глаза, то красные, то милый хвост с кисточкой, то обворожительная улыбка, словно намекая, что сердце давно сделало выбор. Хоть мой мозг и отчаянно пытается его вразумить, но эти ребята никак не могут прийти к согласию.
— Ри, мы тебя уже заждались! — громогласно произнес брат, схватив меня за руку. Он уверенным шагом подвел меня к небольшому трону, рядом стоящему с папиным, и усадил в него. Сам же сел рядом с мамой.
Ну-с, зрители собрались, спектакль начинается!
Глава 36. Вот это мне повезло…
Акари
Распахнулись массивные деревянные двери, а вместе с тем по бальному залу разнесся голос церемониймейстера:
— Мас Огами Нельсон Котаэрон Третий, мас Кнельского грефа.
В зал вошел высокий, широкоплечий и статный мужчина. Красивый, с длинными светлыми волосами, собранными в несколько кос сложного плетения, и с насыщенными синими глазами. Было видно, что он знает себе цену, а я должна писаться от восторга, простите мою несдержанность. Но его надменное лицо буквально кричало: “Да, детка, тебе несказанно повезло. Разрешаю поклониться и поцеловать мыски моих ботинок”.
— Здравствуйте, Эльмас Лукиллиан, элла Кассандра, — первыми поприветствовал моих родителей, — мас Акиро и прекрасная элла Акари. — а после он взмахнул рукой, открывая дверь, ведущую на улицу. Все взгляды тотчас устремились туда.
И тут из дверного проема лакей вывел белоснежного единорога с длинным разноцветным рогом на лбу, лоснящейся разноцветной гривой и добрыми большими глазами в обрамлении длинных ресниц.
Вот это да!
Я так восхитилась, что не выдержала и подбежала к нему, не обращая внимания на недовольное шиканье родителей. Обхватила теплую шею и уткнулась в нее носом.
— Какой же ты красивый! — прошептала ему. — Ты теперь будешь моим любимцем!
А после отстранилась и нежно погладила по носу. Единорог скорчил смешную моську и смачно чихнул. В воздух взвилось облако из блесток, которые начали медленно кружить и осыпать меня. Эти блестки были повсюду: в волосах, на лице, руках, ногах и платье. Казалось, что даже во рту, отчего я сама звонко чихнула.