Мирея уже направилась к столу, но вдруг остановилась. Ее взгляд упал на пакет с продуктами.
— О, ты заходил в магазин?
— Да, — Кайден запнулся. — Я купил все по твоему списку.
Мирея мягко улыбнулась, подходя к столу. Это был их привычный ритуал — она «спасала» его из дебрей бытовых мелочей, в которых этот бесстрашный мужчина терялся, как ребенок.
— Посмотрим, что ты там принес, — она начала разбирать продукты. — Хлеб, сыр... Кайден, это что?
Она достала из пакета несколько твердых, шершавых плодов, которые он положил поверх всего остального.
— Яблоки, — уверенно произнес он, хотя в глубине души уже почуял неладное. — Те желтые, которые ты любишь.
Мирея посмотрела на фрукты, потом на него, и ее плечи затряслись от беззвучного смеха.
— Кайден... это айва. Она каменная. Ее нельзя просто так съесть, ее нужно запекать или варить часами!
— Продавец сказал, они сладкие, — проворчал он, чувствуя, как краснеют кончики ушей.
— Ты безнадежен, — Мирея подошла к нему вплотную, обнимая за шею и направляя его руку к своему животу. — Слышишь? Даже он смеется над твоими способностями к шоппингу.
Кайден замер. Под его ладонью, сквозь мягкую ткань, он почувствовал едва заметный, но отчетливый толчок. Все остальное отошло на второй план. В этой кухне, перед пакетом с дурацкой айвой, он был просто счастливым мужчиной, который ждет первенца.
Мирея начала доставать тарелки для завтрака, напевая что-то простое.
— Мири, присядь, — тихо сказал он, отодвигая стул. — Мне нужно тебе кое-что рассказать.
Мирея послушно села, ее улыбка чуть померкла, сменившись настороженностью. Она знала этот тон Кайдена.
— Помнишь, я говорил, что у Рейна сейчас большие неприятности?
— Да, ты упоминал. Все настолько плохо?
— Для него — да.
— Чем я могу помочь?
Голос Миреи вмиг измелился. Она знала Рейна много лет, и он уже давно стал для нее членом семьи. К тому же, Мирея знала, как к нему относится Кайден и стоять в стороне, когда одному из них грозит опасность — она не могла.
— Он ранен? — она положила руку на стол, и Кайден тут же накрыл ее ладонь своей.
— С ним все будет хорошо. Ты же знаешь, насколько Рейн живуч, — он улыбнулся краем губ, пытаясь подобрать слова. — Он под присмотром, не переживай. — Кайден выдержал паузу, позже продолжил: — На этот раз, Рейн спасал не себя. Когда я приехал к нему вчера, с ним была девушка.
— И где она? Она тоже пострадала?
— Физически — нет. Но она напугана. Лиара осталась совсем одна в этом хаосе, и я не мог оставить ее там. Я отвез ее в ту пустую квартиру в ЖК.
Кайден замолчал, глядя в свою чашку. Он выглядел как человек, который разрывается между долгом защитника и желанием уберечь жену от этого кошмара.
— Я оставил ей телефон для связи со мной. Но... — он тяжело вздохнул. — Ей сейчас нужен не мой сухой расчет. Ей нужно просто человеческое тепло. То, что я дать не смогу.
Кайден отставил чашку и внимательно посмотрел на жену. Она выглядела такой домашней, такой защищенной в их уютной кухне, что ему на секунду стало больно от того, что этот пузырь безопасности придется немного потеснить.
Мирея несколько секунд молчала, переваривая услышанное. Ее мир, только что состоявший из выбора колясок и цвета штор, внезапно расширился до размеров чужой трагедии.
— Ты хочешь, чтобы я поехала к ней? — прямо спросила она.
Кайден кивнул.
— Я подумал, что если ты просто зайдешь к ней? Принесешь что-то домашнее, просто поговоришь. Лиара должна понять, что она среди друзей.
Мирея смотрела на мужа, и в ее сердце росла гордость. Она видела, как он переживает за эту девчонку, и это делало его в ее глазах еще благороднее.
— Конечно, Кайден. Конечно, я поеду, — она решительно кивнула. — Бедная девочка... Представляю, что она пережила. Я приготовлю что-нибудь, соберу ей вещи. Ей ведь наверняка даже переодеться не во что?
Кайден мягко улыбнулся и поцеловал ее руку.
— Спасибо. Я знал, что ты поймешь. Я сам отвезу тебя чуть позже.
* * *
Утро в ЖК было слишком ярким. Солнце безжалостно подсвечивало каждую пылинку в стерильной гостиной. Она уже успела трижды обойти квартиру, запоминая расположение комнат. Она заставила себя зайти в ванную и плеснуть в лицо ледяной водой. Глядя в зеркало на свои расширенные зрачки, она едва узнавала себя.
Лиара вернулась в кухню и взяла со стола телефон. Экран был пуст. Тишина давила на уши. Чтобы хоть чем-то занять руки, она начала машинально протирать столешницу сухой салфеткой — этот бессмысленный ритуал помогал не сойти с ума.