Кайден снова посмотрел на экран.
— Сейчас посмотрим, насколько глубоко ты зарылся, — прошептал он.
Кайден действовал как профессиональный мясник: он находил системные связи и обрубал их одну за другой. «Протокол Призрак», «Объект Демон», «Ликвидация: Сектор 7» — названия папок мелькали на мониторе, исчезая навсегда.
Когда на экране отразилось «Данные стерты», в ту же секунду синее свечение сменилось чернотой. Кайден еще мгновение смотрел на свое отражение в темном мониторе — холодное, чужое лицо человека, который уже все решил.
— Мы чисты, — Кайден обернулся к Рейну. — Теперь нужно убедиться, что физические носители сгорят к чертям.
Он подошел к Рейну и похлопал его по плечу. Тот немного скривился от боли, которая пронзила бок. За дверью раздался первый мощный удар. Металл заскрежетал под напором гидравлического тарана. Кайден перехватил оружие поудобнее.
— Ты готов увидеть, как горит этот чертов мир, Демон?
Рейн кивнул. Кайден рванул за кольцо на полу, скрежеща металлом — люк технического сброса поддался, открывая зев в сырую темноту дренажного коллектора. Оттуда тянуло холодом и застоявшейся водой, но для них это был запах свободы.
— Прыгай первый, я прикрою.
Кайден вскинул пистолет, целясь в дверь, которая уже выгибалась внутрь под чудовищным давлением тарана. Двери не выдержали. Раздался оглушительный визг рвущегося металла — таран пробил сталь, и в зал серверной ворвался ослепительный свет коридорных ламп, смешанный с едким дымом термита.
— Давай же! — Кайден даже не обернулся, всаживая очередь в силуэт, мелькнувший в проеме. — Я сейчас!
Рейн, не тратя сил на слова, соскользнул в люк. Кайден услышал тяжелый всплеск внизу. Теперь оставались считанные секунды. Он выпрямился, бросив последний взгляд на серверные стойки. На каждой из них весело и ритмично подмигивали красные огоньки детонаторов.
— Прощай, «Аванпост», — негромко произнес он.
Кайден отступил назад, швырнув в дверной проем последний осколочный заряд. Он не целился, зная, что осколки сделают свое дело. Прогремел взрыв, отсекая коридор от серверной, и в тот же миг Кайден прыгнул в люк, едва успев подтянуть ноги, когда сверху на дверь посыпались обломки перекрытий. Он падал по бетонному желобу, скрежеща снаряжением по металлу, и приземлился в сырой, зловонной темноте дренажного канала.
— Уходим! — Кайден схватил Рейна за руку, помогая ему подняться.
Они бежали. Не оглядываясь, под сводами, где эхо их шагов звучало как топот целой армии. Они преодолели первые сто метров, когда воздух за их спинами внезапно стал плотным, как стена.
БА-БАХ!!!
Взрыв ударил по барабанным перепонкам, выбивая из легких остатки воздуха. Ударная волна прошла сквозь бетонные своды, заставив их вжаться в стену. Позади, в шахте сброса, расцвело адское пламя.
Бетонные стены содрогнулись, сверху посыпалась крошка, а по трубам прошел гул, похожий на стон умирающего великана. Огонь, вырвавшийся из серверной, выжег кислород, и на мгновение в дренажном туннеле стало светло как днем. Вспышка озарила окровавленное лицо Рейна и сосредоточенный профиль Кайдена.
Они бежали по ледяной воде, пока за их спинами здание «Аванпоста» превращалось в погребальный костер, пожирая данные, бумаги, доказательства — все, что могло связать их с этим местом.
Снаружи, когда они, наконец, вырвались через техническую решетку на окраине промзоны, небо уже полыхало оранжевым. Огромный монолит здания содрогался от серии внутренних взрывов. Черный дым закрыл рассветное солнце, а в воздухе кружились хлопья пепла.
Кайден остановился у старой машины, подготовленной заранее. Он тяжело оперся о капот, глядя на зарево. Рейн опустился на землю рядом, прижимая ладонь к боку, который теперь был просто сплошным очагом боли.
— Мы сделали это, — выдохнул Рейн, глядя на пылающий горизонт.
Кайден ничего не ответил. Он достал телефон, посмотрел на экран — уведомлений не было. Он убрал его в карман и сел за руль.
— Нужно уходить. Скоро здесь будет весь город.
Машина сорвалась с места, унося их прочь. Кайден вел уверенно, его руки на руле были спокойны, хотя сердце все еще работало на пределе. Он вез Рейна в безопасное место, выполняя последнее обещание этой долгой ночи.
Воссоединение
В три часа утра здание штаб-квартиры казалось монолитом, высеченным из обсидиана. Свет никогда не гас только на верхнем этаже — там, где принимались решения, о которых не пишут в учебниках истории. Кабинет был вызывающе пуст: ни картин, ни личных вещей, только стерильно чистый стол и два ноутбука, чье мерное гудение было единственным звуком в этой мертвой тишине.