Он отстранился и посмотрел прямо на неё. Взгляд был спокойный, но в глубине — холодная, выверенная решимость.
— Тогда вечер станет длиннее, чем вы планировали.
Лиара выдохнула и улыбнулась.
— Знаете, Рейн, — сказала она, поднимая бокал, — у меня странная привычка.
— Какая?
— Я не люблю, когда мне говорят, что делать.
— Тогда мы друг друга поняли.
И где-то на границе шума и тишины Рейн ясно осознал: это была не случайная встреча. И явно не последняя.
Те, кто идут рядом
Утро было серым и ленивым, таким, которое не требует решений. Мирея сидела на подоконнике, поджав ноги, и медленно пила кофе, позволяя теплу кружки согревать ладони. За окном город еще не проснулся до конца — редкие машины, приглушенные шаги, будто мир говорил вполголоса.
Кайден застегивал кобуру, проверяя ремни привычным, почти машинальным движением. Он делал это всегда молча. Мирея знала: если он начал говорить во время сборов — значит, что-то действительно не так.
— Рейн звонил? — спросила она, не оборачиваясь.
— Ночью, — ответил он.
Мирея кивнула. Они давно научились разговаривать так — без уточнений, без лишнего веса в словах. Все важное было сказано в других комнатах, в других годах и при других обстоятельствах.
— Он опять лезет туда, куда не следует? — в ее голосе не было раздражения. Только спокойная констатация.
— Он всегда туда лезет, — Кайден усмехнулся, затягивая застежку. — Поэтому мы до сих пор живы.
Мирея, наконец, повернулась к нему, изучая взглядом так, как смотрят на что-то дорогое и привычное одновременно. На секунду задержалась, словно хотела что-то сказать, но передумала.
— Ты ему доверяешь? — спросила она вместо этого.
Вопрос был задан легко. Без подвоха и без проверки.
— Свою спину — да, — ответил он сразу. — Ты же знаешь, он спасал меня неоднократно.
Кайден подошел ближе, наклонился и поцеловал ее в висок. Но в этом жесте было больше, чем в долгих признаниях. Уверенность, привычка и выбор той единственной, что носит под сердцем его дитя.
— Не задерживайся, — сказала Мирея тихо.
— Постараюсь.
— И если Рейну вдруг нужна будет помощь, — она замялась, подбирая слова. — Дай ему понять, что он не один.
Кайден посмотрел на нее внимательно, ловя тембр ее голоса.
— Он и так это знает, — сказал тот, мягко улыбнувшись.
Мирея улыбнулась и коротко кивнула. Она поднялась, отдергивая футболку, что оголила слегка округлый живот. Подошла ближе к Кайдену, поправляя воротник его куртки. Ее руки задержались на его шее чуть дольше обычного. Он знал, о чем думает Мирея в этот момент, о чем переживает.
— Все будет хорошо, — Кайден коснулся ее подбородка, слегка приподнимая его, и поймал ее взгляд. — Я постараюсь приехать раньше, — он улыбнулся. — И не злоупотребляй кофе! Помни, в твоем состоянии он не желателен.
— Хорошо, — она улыбнулась на выдохе. — Люблю тебя.
— И я тебя, — улыбнулся Кайден, поцеловал ее и вышел из квартиры.
Когда дверь за ним закрылась, она еще некоторое время стояла неподвижно. Квартира снова наполнилась тишиной. Мирея вернулась на кухню, начала убирать со стола. Кружка Кайдена, в которой остыл не отпитый кофе, крошки, сложенное небрежно полотенце. Все на своих местах и одновременно — не совсем. Глядя на кружку с остывшим кофе, Мирея медленно поставила ее в раковину и включила воду. Глядя, как наполняется кружка, она мысленно планировала свой день.
Пройдя по коридору мимо спальни, Мирея краем глаза заметила кофту, небрежно брошенную на спинку стула. Она остановилась и вошла в комнату. Взяла кофту в руки, осмотрела внимательнее: ткань плотная, темная и пятно сбоку, почти у самого шва.
— Опять, — шепнула она без раздражения, скорее с усталой констатацией.
Пятно было свежим. Значит, стирать нужно сразу. Она автоматически прикинула: замочить, порошок, холодная вода. Мирея даже не задумывалась, что это. Для нее вопрос звучал иначе — отстирается или нет. Она прошла в ванную, включила воду, бросила кофту в таз. Вода медленно темнела, растворяя следы ночи, о которой она не собиралась думать.
Раньше — очень давно — она задавала вопросы. Потом научилась задавать другие. А потом — перестала вовсе. Сейчас ее больше волновало, что он снова ушел, не поев. И что, скорее всего, вернется с тем же напряжением в плечах, которое она научилась распознавать еще до того, как он снимет куртку.
Вода журчала ровно и спокойно. Мирея смотрела, как ткань медленно очищается, и думала о том, что сегодня нужно будет зайти в магазин. Купить кофе и, возможно, новый порошок — этот заканчивается.
* * *
Кафе было тихим — из тех, где прячутся между делами. Мягкий свет, негромкие голоса, запах кофе, впитавшийся в дерево и ткань. Лиара зашла в кафе скорее по инерции, чем из желания. Она выбрала столик у окна, сняла куртку, повесила ее на спинку стула и на секунду задержалась, наблюдая за улицей.