На заднем сиденье Омен старался не двигаться. Из-за его плеча выглядывал хвост кислотно-зеленого крокодила. Марк задумчиво рассматривал пакет с тушенкой, который он выбрал.
— Лимоны на месте? — пророкотал он.
— У меня, — Кайден похлопал по карману, где лежали три заветных плода, стоивших Рейну недельного оклада. — Мирея будет в восторге. Она обожает, когда я прихожу с историями.
— «Историями»? — фыркнул Рейн, стряхивая муку с руля. — Кайден, ты придешь присыпанный пудрой, с надувным монстром и чеком из магазина, который выглядит как протокол допроса. Это не история, это признание в недееспособности.
Машина подпрыгнула на кочке. Геннадий издал жалобный писк, когда Омен случайно прижал его локтем.
— Слышали? Он подал сигнал! — воскликнула Диана, весело пихая Марка в бок. — Командир, Геннадию страшно в темноте салона. А можно забрать его с собой на базу? У него такие добрые глаза. Почти как у нашего Мора, когда он видит свежий кусок мяса.
Рейн посмотрел в зеркало заднего вида. На него смотрели пять пар глаз — его команда. Люди, которые могли остановить армию, но не могли проехать два квартала, не превратив машину в филиал цирка. Он почувствовал, как в груди что-то предательски оттаяло.
— Ладно, — выдохнул он. — Геннадий остается. Но если я увижу его на плацу во время развода...
— Мы его замаскируем! — пообещал Кайден, сияя. — Наденем на него бронежилет и каску. У нас будет собственный боевой аллигатор.
Они подъезжали к дому Миреи. Окна на пятом этаже горели мягким желтым светом. Там, за этими окнами, Мирея уже наверняка накрыла стол, поглядывая на часы.
— Группа, внимание, — Рейн припарковал машину. — План такой. Омен, ты заходишь первым и закрываешь собой Геннадия. Диана, Ник — незаметно проносите пакеты. Кайден, ты идешь последним и отвлекаешь Мирею. Я захожу и пытаюсь объяснить, почему мы выглядим так, будто грабили мельницу.
— Принято, — хором отозвались они.
* * *
Рейн нажал на звонок локтем — руки были заняты пакетами. За дверью послышались легкие шаги, и Семерка инстинктивно подобралась, будто ждала не хозяйку дома, а как минимум генерала.
Дверь распахнулась. Мирея стояла в светлом трикотажном платье, которое подчеркивало её идеальную фигуру. Она выглядела воплощением спокойствия, пока её взгляд не прошелся по гостям.
Тишина длилась около минуты.
— Привет, банда, — медленно произнесла она, переводя взгляд с одного на другого. — Я, конечно, просила хлеб, но не помню, чтобы в списке было ограбление мельницы и надувной крокодил.
— Это Геннадий, — Кайден попытался сделать шаг вперед, но крокодил застрял в дверном проеме, смешно спружинив хвостом о косяк. — Он специалист по атмосфере.
— Геннадий, значит? — Мирея прикусила губу, сдерживая улыбку, и посмотрела на Рейна. Тот стоял с самым виноватым видом, какой только может быть у командира элитного отряда. — Рейн, ты решил сменить маскировку всего отряда на «зимнюю»? Или на улице выпал снег?
— Техническая заминка в отделе бакалеи, — сухо отозвался Рейн, стараясь не чихнуть.
— Заходите, горе-воители. Только чур: Геннадий разувается в коридоре, а «мучные привидения» идут прямым маршем в ванную трясти куртки.
Они завалились внутрь, мгновенно заполнив пространство шумом, запахом улицы и багетов. Омен, стараясь казаться как можно меньше, боком просочился мимо Миреи, едва не задев плечом шкаф. Ник тут же попытался спрятать водяной пистолет за спину, но Мирея только погрозила ему пальцем:
— Даже не думай, Ник. Если я найду хоть одну каплю воды на обоях — будешь переклеивать их вместе с крокодилом.
— Слушаюсь, мэм! — Ник картинно вытянулся во фрунт, едва не выронив оружие.
Рейн зашел последним, прикрыв дверь. Он протянул ей маленький пакет с тремя лимонами — единственное, что уцелело в этом хаосе в первозданном виде.
— Вот. Лимоны, как ты просила.
Мирея взяла пакет, на мгновение коснувшись его пальцев. Её глаза потеплели.
— Спасибо, Рейн. Хоть кто-то в этом хаосе ведет себя подобающе. Как ты еще держишься?
— Не спрашивай, — пробормотал Рейн. — Сам не знаю.
— Проходи. Парни уже, кажется, начали штурм кухни.
Рейн смотрел, как Кайден в прихожей пытается пристроить Геннадия на полку для обуви, как Марк серьезно докладывает Мирее о «подозрительном огурце», и как Диана уже вовсю хозяйничает у плиты. В этот момент квартира, пахнущая выпечкой и чем-то неуловимо домашним, показалась ему самым защищенным местом во всей галактике.
На кухне от такой оравы стало мало места. Было шумно и суетливо, но Мирея уже давно привыкла к этой семерке и ее выходкам, и принимала их такими, какими они были. Даже во вред своей маленькой кухни.