– Кто он? – так же тихо спросила я у Нериха. Вампир снял маску и повернулся ко мне, улыбаясь во весь рот.
– Конец игры.
– В каком смысле?
– В прямом, – ответил советник. – Ушедший король демонов вышел из их подчинения, а этот мальчишка своего не упустит.
Я не успела до конца понять его слов, но переспросить не смогла, потому что горные своды дрогнули и вниз полетели камни и осколки горных пород. Вампир швырнул меня в сторону и сам поспешил убраться прочь. Пулона исчезла из поля моего зрения. Остались только трое полудемонов, смотрящих вверх. Камни не задевали их, словно на них была установлена персональная защита. Своды ещё раз дрогнули.
Я взглянула на застывших статуями правителей Маньяны, и поползла к выходу из зала, решив, что лучшее, что я могу сделать в такой ситуации – это спасти свою шкуру. Но и этого сделать я не успела, поскольку вершина гор, наконец, обрушилась внутрь, заваливая выход из зала. Я отлетела в сторону и упала на что-то мягкое. Вскочив на ноги, я увидела Нериха, который вновь замкнулся в маску. Взглянув вверх, я поняла почему: солнечные лучи пробивали преграды, проникая в лоно обители демонов. Последовал ещё один удар, и целая скала оторвалась, падая за пределы замка. Я услышала глухой звук, от которого земля вздрогнула, а потом всё затихло. Несколько секунд ничего не происходило, после чего проём заслонили чёрные крылья. Впервые я смогла досконально рассмотреть ушедшего. Он не был похож ни на Негу с её братьями, ни на телесную оболочку остальных демонов. Это было что-то, полностью состоящее из тьмы, которая клубилась и вспыхивала языками пламени, такого же, как огонь, беспрерывно горящий в глазах короля демонов.
Я отступила к стене, глядя расширенными от ужаса глазами на демона. Жар, Нега и Истал тоже попятились, но именно на них были обращены огненные глаза ушедшего. В один миг, который невозможно было уловить, демон навис над ними. Из носа повалил яростный пар. То что случилось дальше я не могу понять даже теперь. Загнанные в угол повелители испарились. Внутри меня что-то ёкнуло, словно лопнула натянутая нить. Я поднесла к глазам ладони, и увидела, как рисунок, запечатлённый на моей руке, казалось, навечно, испаряется. Нерих подошёл ко мне, прикрывая от возможного нападения.
Демон повернул голову в нашу сторону и сделал всего один шаг. Крылья от этого мимолётного движения затрепетали у него за спиной, как развевающийся на ветру плащ.
– Стоять.
Демон застыл безвольной статуей, протянув клубившуюся чёрным дымом руку к нам. Из-за его спины вышел Варс.
– Сцена вторая, – прокомментировал Нерих. – В виду непредвиденных обстоятельств, главная роль перешла к другому лицу. Итак, пламенная речь на тему мирового господства, просим! Губы мага искривились в презрительной усмешке.
– Всё шутишь, советник? – склонил он голову набок. – А ты не задумывался, может за то тебя жизнь и потрепала, что ты над ней смеёшься?
– А ты не задумывался, – передразнил его советник, – может тебя жизнь потрепала за то, что ты не усваиваешь её уроки?
Маг заинтересованно нахмурился, готовясь внимать поучительной речи вампира.
– У тебя наверняка есть оправдание тому, что ты делаешь, – продолжал хранитель. – Наверно, это будет что-то вроде: ведьмы принижают магов в целом и меня, верховного мага, в частности; демоны тащат ваших рабов, вампиры этих же рабов выпивают, оборотни съедают; эльфы допускают возможность, чтобы стать рабами самим… Я не прав? Блудный эльф скривил недовольную гримасу.
– Ты всегда прав. На свою голову. Не надоело играть с огнём, вампир? Одно моё слово, – при этом он кивнул на демона, – и ты уже ни во что не поиграешь.
Нерих устало вздохнул, будто он пришёл сюда на прогулку и крайне переутомился в борьбе со своими заклятыми соперниками, комарами.
– Я прожил на этой земле уже восемь сотен лет, – терпеливо объяснил он колдуну. – И наслушался таких речей… – он махнул рукой над головой. – И до сих пор жив.
– Жив, – презрительно выдавил Варс. – Это ты называешь живым состоянием? Реально вы живы лишь в безлунные ночи, когда вся эта красивая маска отходит на задний план, выставляя напоказ ваши истлевшие трупы, вытекшие глаза, ввалившиеся носы.
– Не без этого, – пожал плечами Нерих, равнодушно относясь к словам, заставившим меня испытать отвращение. – Только ты допустил одну небольшую ошибочку, – улыбнулся советник. – Глаза у нас не вытекают.
Я ясно ощутила рвотный позыв и схватилась за горло. Вот только ощущение того, что все мои внутренности сейчас вывалятся наружу, меня не покидало. Мне чудилось, что что-то во мне царапается, просясь на свет.