От размышлений я очнулась, лишь когда наступила ночь и советник невежливо тряхнул меня за плечо. Я натянула поводья.
– Почему мы остановились? – тут же вырвался глупый вопрос.
– Пора отдохнуть.
– А что, – я уткнулась носом в гриву коня, – кони устали?
Нерих, стоящий напротив меня, уже успевший избавиться от перчаток и капюшона, нахмурился.
– Кони? Вряд ли. А вот ты сейчас из седла вывалишься, – добавил он, вновь дергая меня за руку. Я мешком слетела с коня, шатаясь, как лунатик в пике своей активности.
– Нда, не думал, что тёмные эльфы такие изнеженные существа.
Я насупилась, сжимая руки в кулаки и постепенно приходя в себя. Неужели каждый испытывает эту всепоглощающую пустоту, проходя тропами демонов? А Нерих? Не очень-то он обречённо выглядит.
Я уставилась на крутые горные вершины и повернулась к вампиру, собравшемуся устроиться на ночлег рядом с кустарником наибольшей степени колючести.
– Ты собрался спать здесь? – недоверчиво переспросила я, глядя, как Нерих расстелил на земле свой плащ и разлёгся на нём, закинув руки за голову.
– А ты собралась продемонстрировать все прелести верховой езды в ночное время в нетрезвом виде?
– Это кто тут ещё в нетрезвом виде! – искренне возмутилась я. – И вообще, уступи плащ бедной беззащитной девушке! – я поёжилась от холода и умоляюще посмотрела на вампира. – Тебе ведь он вообще не нужен…
– Как это не нужен?! – притворно удивился Нерих, с явным удовольствием расстилаясь по ещё большей площади плаща. – Должен же у каждого порядочного вампира быть плащ! Я продолжала строить умоляющую рожицу, наивно хлопая глазками. Вампир расплылся в самодовольной ухмылке.
– Могу предложить разделить со мной ложе.
Тут же возникло неудержимое желание подойти и съездить этому наглецу по роже, но…
– А ты думаешь, откажусь? – я решительно двинулась к нему, отпихивая в сторону и отвоёвывая законную долю плаща. – Всё, дома никого нет, – заявила я, заворачиваясь в плотную материю и поворачиваясь к советнику спиной.
Сон налетел сразу же, обволакивая мозг и отсекая пути к надежде подумать над мучившими вопросами. И я поддалась ему, надеясь, что магия демонов не застанет меня врасплох.
Как только я об этом подумала, как перед глазами тут же нарисовалась картина: я лежала на спине, закутавшись в плащ. Где-то неподалёку похрапывали в дрёме лошади. И больше никого. И куда подевался это несносный вампир?
Со стороны я видела, как мой двойник открыл глаза и уставился в небо обезумевшим взором. Как наяву я услышала шорох, который заставил подскочить и обернуться. Прямо передо мной возникли длинные окровавленные клыки.
– А-а-а!!! – я заорала, узнав в вампире, нависшем надо мной Нериха.
– Вигма, – его рука легла мне на плечо и скользнула к шее, уже чувствующей нетерпеливое дыхание вампира. – Вигма…
Я зарычала и, ещё раз вскрикнув, на этот раз от силы, встряхнувшей меня, открыла глаза.
– А-а-а!!! – крик достиг своего пика, когда я увидела лицо склонившегося ко мне вампира. – Уйди!
Я принялась вырываться, а Нерих, пытаясь меня сдержать, уселся на мне верхом, со всей силой вжимая в землю.
– Пусти! – прохрипела я, уже не сопротивляясь холодным крепким рукам. – Пусти, – добавила я тихо, чувствуя горячие слёзы на щеках. – За что? – шептали губы. – За что…
Все сдерживаемые эмоции хлынули наружу. Теперь я поняла, как устала, поняла, что хочу зарыться носом в подушку и лежать вечно, не вставая, лишь бы больше никогда не видеть Жара и Нериха, никогда больше не вспоминать о том, что со мной было…
– Вигма, – тихо позвал Нерих, ослабляя хватку и вглядываясь в моё искажённое лицо. – Что с тобой?
– Не хочу, – невнятно проговорила я. – Жить не хочу. Мне надоела эта жизнь.
Советник отстранился от меня, позволив скрутиться калачиком на помятом спутанном плаще, а сам встал на ноги, загородив луну.
– Я устала. Устала идти по своему пути, забыла, что значит спокойствие. Мне надоело…
Мои слова наткнулись на глухую стену молчания, после чего я услышала то, от чего у меня мурашки побежали по коже.
– Надоело жить? – переспросил советник, и на это раз я не слышала в его голосе насмешки. – Не слишком ли громко сказано, принцесса? Сколько ты живёшь в этом мире? Сколько радостей в нём познала? Сколько ошибок ты совершила? Сколько трупов переступила? Сколько раз стирала с лица кровь? Сколько раз падала на колени, что бы подняться или ползти, если сил больше не остаётся? – глаза вампира застилала пелена какой-то скрытой мудрости, словно прожитые годы проступили сквозь тень мальчишки, накинутую умелой рукой. – Что ты знаешь о предательстве? О судьбе? О жизни и её цене? Я невольно смотрела на него, а он закрыл глаза, обхватив голову руками.