– Кхм…
Я приподняла голову и увидела на земле тень. Подняв глаза, я встретилась ими с Жаром, стоявшим, скрестив руки на груди.
– Отпусти его, Вигма. Я помотала головой.
– Я не трону его, даю слово.
– Ты думаешь, я поверю твоему слову?
Лицо Жара, которое сейчас выражало просьбу, окаменело, превратившись в маску, которую я видела всё это время.
– А ты думаешь, меня это колышет?
Я, не спуская глаз с короля, обхватила Истала за плечи и прижала к себе, качая головой.
– Нет, я не отдам тебе его.
– Ты же не хочешь, чтобы он захлебнулся кровью, правда? Его надо подлатать.
– Подлатать? Жар скривил губы, что слегка оживило маску на его лице.
– У него наверняка сломан нос. Поаккуратнее наш уважаемый хранитель не может.
– Хранитель? – нахмурилась я и сама же ответила на свой вопрос: именно Нерих поставил защитный щит на границу Фанории, именно он его снял. Поэтому он был так уверен в том, что вампиры всесильны в войне.
– Вигма, – вновь привлёк моё внимание король, – не дури. Ты же понимаешь, он нам нужен. Я не смогу ему повредить.
Я его не слушала, закрыв глаза, пытаясь остановить слёзы, беспрерывно катившиеся по щекам.
– Я его убью, – тихо раздельно сказала я.
– Очень в этом сомневаюсь. Я отрешённо посмотрела на него, а потом отпустила Истала.
– Знаешь, Жар, до этих пор я не могла понять, кого я ненавижу больше: тебя или Нериха. Но теперь я поняла, кого я ненавижу. Ты преследуешь свои цели, но я тебе верю. Пока.
Лицо Жара отразило непонятную гамму чувств, а потом он наклонился и поднял эльфа на руки.
– Надеюсь, ты понимаешь, что мы не сможем выделить ему комнату для гостей.
– Ты запрёшь его? – переспросила я, но, к своему собственному удивлению, ничего не почувствовала, кроме странного безразличия.
Я посмотрела в глаза полудемону и едва не утонула в них, как и тогда, при его первых словах. В глубине души пришло понимание, что я так спокойна, потому, что он этого хочет, но ничего не смогла этому противостоять
– Иди к себе.
Я встала на ноги и посмотрела в спину Жара. Вампиры, не разошедшиеся, а до сих пор пополнявшие свои ряды, как один вдохнули воздух и потянулись вперёд, но тут же отпрянули от раскрывшихся чёрных крыльев, которые подняли два тела в воздух и теперь несли в сторону замка. Вампиры подняли головы вверх, а потом начали медленно расходиться. Внезапно подул ветер, и я осталась одна перед границей.
Вздохнув и проведя ладонью по глазам, вытирая слёзы, я направилась в крепость, сдерживая себя, чтобы не побежать. Как только я достигла своей комнаты, я бросилась на кровать, спрятав лицо в подушку, молча плача. Чем больше я плакала, тем больше меня мучило ощущение того, что Жар притупил мои чувства, потому что сейчас во мне разгоралась всепоглощающая ярость.
Я перевернулась на спину и уставилась в потолок, вместо потолка видя недавно разыгравшуюся битву Нериха и Жара. Я ненавидела вампира, втайне восхищаясь тем, кем он стал на протяжении долгих – для меня – восьми веков. Первое впечатление: самодовольный, нахальный, эгоистичный тип, помешанный на собственном превосходстве и жажде крови и… Со временем я сравнила его с Жаром. Как король носил маску отчуждения, так вампир носил маску беззаботного насмешника. Но всё это не мешало мне испытывать к советнику такую ненависть, что от одной мысли о нём у меня чесались руки уронить его в… а потом… короче, просто чесались руки.
Я задвинула полог, и села на постели, прижавшись спиной к спинке кровати.
Дверь скрипнула, заставив меня напрячься в ожидании самого худшего. Я медленно повернула голову, пытаясь посмотреть на своего гостя сквозь преграду, и сжала кулаки так, что на коже остались красные полукружия ногтей. Фигура, походка… всё выдавало Нериха, подошедшего к самой кровати и отдёрнувшего полог.
– Уйди, – тихо проговорила я, прикрывая глаза и скрепя зубами.
Советник молчал. Я открыла глаза и уставилась на вампира, поджав губы. Хотелось заорать, выхватить клинки, будто просившиеся в руки, снести Нериху голову, расцарапать лицо, выцарапать глаза, сплясать на могиле и…
Наверно, все мои чувства отразились у меня на лице, потому как губы вампира медленно расползлись в усмешке.
– Меня радует подрастающее поколение.
Я глубоко вдохнула, чтобы не подскочить и не притворить все свои мечты в реальность.
– Подрастающие вампиры. Крошка, ты знаешь, что при гневе твои глаза наливаются кровью? Я откинула голову назад, вцепившись пальцами в стёганое покрывало.
– Пусть так, – прошептала я, – но ещё чуть-чуть, и от твоих глаз не останется и следа.