Девушки сидели, обдумывая информацию, которую вывалила на них подруга. Наконец Мелани сказала:
— Вообще, мы думали, что ты скажешь приблизительно тоже самое, но главным героем и пределом твоих мечтаний станет не Рон Уизли, а местный принц — Гарри Поттер.
Гермиона возмутилась и уже хотела было ответить, но ей это не позволила сделать Милли, оправдываясь:
— Между прочим, ты сама виновата! Гарри Поттер предложил тебе встречаться на глазах у всего Большого Зала — о чём мы могли думать?
Гриффиндорка успокоилась — в словах подруги действительно была доля правды.
— Кста-а-ати, — лукаво протянула Мелани, — а что ты будешь делать с Поттером? Он не простит, если ты его кинешь, заменив на одного из его прихвостней.
Гермиона удивилась.
— Прихвостней? Я думала, они друзья, — недоуменно сказала она.
Мелани усмехнулась.
— Друзья? Серьёзно? Нет, конечно, нет, — увидев непонимающее лицо Гермионы, она объяснила. — Уизли нищие, а такой мерзавец, как Поттер, никогда не будет дружить с ним. Он воспринимает его как… предмет интерьера, да. Дополнение к себе. Но, признаться, — она мечтательно зажмурила глаза, — Поттер, хоть и та ещё сволочь, чертовски хорош собой.
Гермиона и Милли улыбнулась. Гриффиндорка шутливо пихнула Мелани плечом.
— Раз так, то я тебе его дарю, — девушка подмигнула подруге, на что та рассмеялась.
Милли внезапно загрустила.
— Гермиона, ты большая молодец, что не зацикливаешь внимание на Энди и идёшь дальше. Это очень правильно, — честно сказала она.
Лицо Гермионы посерело.
— Я чувствую себя эгоисткой из-за того, что редко вспоминаю о нём, — призналась она.
Мелани покачала головой.
— Ты провела с ним не так много времени, чтобы рыдать целыми днями. К тому же, у вас толком не было отношений. Вы ведь не целовались? — спросила она. Гермиона отрицательно покачала головой.
Пуффендуйки ещё некоторое время убеждали Гермиону в том, что она хорошая, а после Милли опомнилась:
— А в чём ты пойдёшь на свидание?
Гермиона замялась.
— На самом деле, я хотела поговорить ещё и об этом. Я не знаю, что мне надеть, — призналась она под ахи подруг. — У меня не так много платьев и красивых вещей в целом и… — Милли перебила девушку.
Она энергично подпрыгнула, мигом оказываясь около шкафа.
— Я уверена, что у нас один размер! Значит, мы что-нибудь подберём в моём гардеробе.
Мелани с паникой в голосе сказала:
— Поход в Хогсмид уже завтра! Нужно поторопиться!
Гермиона ужаснулась. Как она могла забыть об этом? И ведь даже не вспомнила бы, если бы Мелани не сказала, ведь думала, что поход туда ещё не скоро. Глупая, глупая!
Милли и Мелани метались по комнате, разбирая вещи и кидая их на постель. Через некоторое время в комнату зашла их соседка, Лайла. Она посмотрела на это зрелище флегматично и спросила без особого интереса в голосе:
— Готовитесь к свиданию?
Девочки, занятые делом, даже не отреагировали, и Гермионе пришлось смущенно ответить:
— Да.
Лайла спокойно подошла к своему шкафу и достала оттуда чудесное платье тёмно-синего цвета.
— Думаю, тебе подойдёт, — спокойно сказала она и кинула ошалевшей Гермионе платье.
Гермиона смущенно улыбнулась и кивнула, пролепетав тихое? : «Спасибо». Милли и Мелани осмотрели вещь и вынести вердикт: «Это превосходно». Мелани подошла к Лайле и обняла её.
— Спасибо, Лайла, ты просто чудо! — искренне сказала она.
Девушка аккуратно освободилась и пожала плечами.
— Не за что, — и она ушла.
Сразу после её ухода Милли неловко улыбнулась и объяснилась перед недоумевающей Гермионой:
— Она может показаться странной, но на самом деле Лайла очень милая и хорошая.
Гермиона кивнула.
— Верю, — и она не врала. Почему-то Лайла вызвала какое-то доверие на внутреннем, чисто интуитивном уровне. К тому же, платье, которое она любезно одолжила Гермионе, было очень красивым.
Гриффиндорка потрогала ткань и улыбнулась.
— Рону наверняка понравится.
Девушки ещё немного обсудили несколько очень важных, по их мнению, нюансов — причёску, макияж, туфли. Гермионе были непривычны такие разговоры — она никогда особо не следила за своей внешностью и не знала, что различных видов макияжа на самом деле сотня, но не противилась их активности. У неё уже был опыт — по прошедшему балу она знала, что они способны даже из неё сделать королеву, к ногам которой падут абсолютно все.
Они разошлись, когда уже стемнело. До окончания дня и начала комендантского часа оставалось всего ничего — Гермионе следовало поторопиться, чтобы успеть и не попасться в лапы Филчу. Так как встреча со злобным стариком и его кошкой девушку не прельщала, она торопливо распрощалась с подругами и отправилась в свою собственную комнату.
В коридорах уже редко встречались люди, и она спокойно дошла до своей комнаты. Лаванда и Парвати поздоровались с ней — Лаванда скорее вынужденно, а вот Парвати сделала это вполне искренне. Несмотря на это, девушка хорошо ощущала напряжение, исходящее от них.
На блондинке не было лица — она кусала губы и заламывала руки. Парвати же тоже вела себя нервозно, но не так сильно, как её подруга. Гермиона переоделась и легла в кровать, взяв со стола книгу и включив ночник, стоящий на тумбочке.
Наконец, девушки решились. Парвати начала первая, действуя крайне осторожно:
— Мы тут услышали в гостиной кое-что…
Наступило многозначительное молчание, но Гермиона лишь приподняла одну бровь. Она не понимала, о чём идёт речь. Неужели они хотят поговорить об их с Поттером «романе»? Как оказалось, нет.
— Правда, что Бон-Бон пригласил тебя на свидание? — выпалила Лаванда, опередив свою подругу.
Она враждебно сверкнула глазами. Гермиона насторожилась. Почему это волнует её соседку?
— Даже если и так, — произнесла девушка, но не успела закончить.
Лаванда кинулась на Гермиону с визгом. Девушка отпрыгнула с шокированным выражением лица.
— Да как ты посмела? Он мой парень, мой! А ты всего лишь страшная грязнокровная заучка! — она определённо была в ярости и не контролировала себя, но это не помешало Гермионе оскорбиться.
Парвати оттащила подругу и отправила её в душ, чтобы прийти в себя и успокоиться. Лаванда дышала, как разъярённый бык и смотрела на Гермиону, как на красную тряпку, но повиновалась, понимая, что находится не в лучшем состоянии, и удалилась.
Индианка посмотрела на соседку с огорчением.
— Прости, пожалуйста. Просто она очень его любит и ревнует, — Парвати говорила вполне искренне.
Сердце Гермионы дрогнуло и она выдавила из себя слабую улыбку.
— Всё в порядке, я понимаю. Влюблённость делает с людьми страшные вещи, — честно сказала она.
Парвати грустно кивнула.
— Да, это действительно так. Она как с цепи сорвалась.
Они замолчали. Гермиона убрала книгу и, чтобы лишний раз не конфликтовать, выключила свет и отвернулась, сделав вид, что спит. Лаванда зашла в комнату и, видя то, что все уже легли спать, недовольно поморщилась, но сделала тоже самое.
Через некоторое время, несмотря на пожирающую её внутри ревность, девушка заснула. Парвати уже давно спала. Гермиона же никак не могла уснуть.
Она думала о том, что её отношения, кажется, кто-то проклял. Энди, которому она понравилась и который пригласил её на бал, мёртв; у Рона есть бешеная Лаванда, которая зовёт его Бон-Боном и бросается на соперниц, как фурия. Она смела лишь надеяться на то, что ненормальному Риддлу не придёт в голову устранить и Рона.
Гермиона ужаснулась своим мыслям и мысленно постучала себе по голове. Как она может так думать? Нет, этого не будет. Риддл не идиот и она уже поняла, что из-за этого школу чуть не закрыли. Он не станет убивать ещё раз, пусть даже и без василиска. В конце концов, он наверняка ценит чистую кровь, а её Рон чистокровный.