Так что, это заклинание рассчитывалось приблизительно на Лондон и его окрестности. Значит, это место находится не так далеко. Пугаться нечего — она сможет переместиться домой с помощью аппарации.
Но домой не хотелось. Мама наверняка заметила её исчезновение, и по приходу в квартиру её ждёт очередная нотация. Мать обвинит её в том, что она «опять моталась к своим Уизли», и отчасти будет права.
Может быть, стоит погулять по окрестностям? По виду, открывавшемуся ей из окна, было ясно, что это какая-то деревня, но здесь было тепло и мирно. Почему бы и не разнообразить такой прогулкой унылый пейзаж её летних каникул?
Гермиона решилась. Она довольно быстро нашла выход из дома, и, предварительно оглянувшись, чтобы хозяева не заметили самостоятельно открывавшуюся дверь, выскользнула из здания.
Знойное солнце светило в глаза, и Гермиона тут же их закрыла. Как выяснилось в процессе, дом находился на холме, так что ей пришлось спускаться, но это занято не так много времени.
В деревне действительно было хорошо. Чтобы не смущать местных жителей, девушка сняла заклинание невидимости и спокойно прогуливалась по улицам.
Некоторые парни заглядывались на неё, а девушки смотрели с завистью — одета Гермиона была не то чтобы очень богато, но довольно хорошо.
Взрослые люди смотрели с подозрением, а одна женщина даже спросила:
— Зачем приехала, девочка?
Гермиона даже опешила от такой наглости.
Да, в цивилизованном Лондоне такого себе никто не позволял. Но деревня есть деревня, так что девушке пришлось смириться и ответить как можно миролюбивее:
— Моя мама раньше жила неподалёку, а я здесь просто гуляю, — и она беспечно пожала плечами, стремясь показать себя легкомысленной девицей на прогулке.
Женщина хмыкнула:
— Ясно. А сама-то откуда?
Девушка скромно ответила:
— Из Лондона.
Женщина тут же хлопнула в ладоши и ехидно заулыбалась.
— Ишь ты, столичная!
Гермиона предпочла промолчать. Зачем тратить нервы на столь невоспитанных людей?
Но незнакомка явно не собиралась останавливаться, наоборот — она всё больше распалялась.
— Поди, ещё и родственница нашим аристократишкам Риддлам!
Этого Гермиона вытерпеть уже не могла. Чтобы её сравнивали с теми, у кого фамилия такая же, как и у этого гадкого слизеринца? Да ни в жизнь! Девушка процедила сквозь зубы:
— Думаю, мне уже пора.
Несмотря на то, что Гермиона была ещё вежливой, женщина всё равно стояла на своём. Она ахнула и показала на девушку пальцем, вскрикнув:
— Что за молодёжь пошла? Богатая девка грубит старшему человеку. Безобразие! — начала голосить она, привлекая внимание других.
Гермиона поняла, что на этом её приятное времяпровождение закончилось. Она развернулась и пошла, слыша бросаемые зловредной тёткой оскорбления.
Она даже не поняла, что ноги сами несут её в сторону особняка Риддлов.
Дойдя до холма, она присела около большого раскидистого дерева и запрокинула голову к небу. Один из силуэтов напомнил ей любимую мамину чашку. Мама.
Гермиона вздохнула и подумала о том, что ей снова не хочется возвращаться домой. Теперь, когда время уже обеденное, мама стала злее и наверняка будет кричать.
А ведь до этого всё было в порядке. Все неприятности в семье начались из-за прихода в их до этого дружный дом Риддла.
«Чёрт бы его побрал!» — с сердцах подумала волшебница, на самом деле зная, что он наверняка поклоняется Сатане. Или же считает себя его земным воплощением.
Она хотела было всплакнуть, но её живот требовательно заурчал. Гермиона не смогла противостоять ему, ведь только вспомнила, что не с… вчерашнего вечера? Да, верно, она поужинала в шесть, а после этого и крошки в рот не взяла.
Девушка подумала о том, что, наверное, стоит найти гостиницу и пообедать. Но есть ли здесь гостиница?
Гермиона не хотела ходить по деревне и искать, а также что-то спрашивать у местных жителей — представление о них сложилось не самое приятное.
Может быть, стоит попытать счастья у Риддлов?
Гермиона взглянула на большой дом, словно возвышавшийся не только над нею, но и над всеми остальными домами в деревне. Наверное, там люди более воспитанные.
Решив, что терять ей всё равно нечего, девушка встала и отправилась туда, куда так неудачно переместилась совсем недавно. Дойдя до двери, Гермиона немного помялась и нерешительно постучала в дверь.
Спустя пару минут ей открыла ухоженная пожилая женщина. Она оглядела Гермиону надменным взглядом тёмных глаз и гриффиндорка, решив не тянуть, спросила:
— Здравствуйте, а Вы не подскажете, где здесь недалеко можно найти гостиницу?
Женщина вежливо поздоровалась в ответ и сказала:
— Гостиниц здесь нет, дорогая.
Гермиона расстроилась — нужно идти домой. Хотя, это всё равно была глупая идея. Мама бы стала волноваться и просидела бы без сна всю ночь — Гермиона её знает, а на следующее утро её бы замучила совесть.
Девушка поблагодарила собеседницу и уже было собралась удалиться, как та спросила:
— Может быть, чаю? У нас как раз сейчас подаются десертные блюда.
Гермиона подумала и решила согласиться. В конце концов, что она теряет? Она уже успела устать и тортик в её воображении манил так, как ничто другое.
Девушка улыбнулась и ответила:
— Благодарю Вас, леди, я с удовольствием.
Такое обращение явно польстило немолодой женщине и та благосклонно пропустила Гермиону в дом.
Они прошли через шикарно обставленный холл, и Гермиона приоткрыла рот от роскоши. Она, как человек, не лишённый вкуса, не смогла восхититься богатой обстановкой в доме и сказала:
— Это просто чудесная гостиная! Скажите, Вы сами обставляли дом? — в её голосе сквозил явный восторг, который явно польстил хозяйке дома.
Она чуть расслабилась и ответила снисходительно, но всё же с каплей симпатии:
— Да, я. Благодарю за комплимент.
Девушка улыбнулась — эта женщина, хоть и была высокомерной, всё же понравилась ей. Она видела, что на самом деле в её глазах блестели искорки веселья и даже удовольствия — ей явно была приятна похвала.
Столовая оказалась ничуть не хуже гостиной. Всё было оформлено богато, но было видно, что это сделано не для того, чтобы показать кому-то мифическому о своём состоятельном положении.
Гермиона вновь похвалила женщину:
— Шикарная кухня, — а та лишь благосклонно кивнула, но чуть покраснела.
Женщина кашлянула, привлекая к себе внимание сидящих за столом мужчин. Первым был спокойный мужчина возраста женщины — пожилым, но очень представительным. Второй же поверг её в шок своей внешностью.
Она будто видела перед собой сломанную куклу Риддла. Те же волосы, те же глаза, то же лицо, но в то же время он был совсем другим. Его красивые глаза были тусклыми и унылыми, поза — напряжённой, а губы — поджатыми. Он производил впечатление хмурого человека, который никогда не улыбался.
Девушка поздоровалась, и мужчины ответили ей тем же.
Она не знала, что позволило ей сохранить самообладание и не броситься прочь отсюда сию же секунду. В какой-то момент у неё закружилась голова, но копия Тома Риддла, под злым и требовательным взглядом матери, соизволила встать и отодвинуть Гермионе стул.
Девушка осторожно села на него, а через пару секунд головокружение прекратилось, оставив после себя лёгкое покалывание в висках, но которое Гермиона предпочла не обратить внимание.
Когда они с Мэри уселись, из-за угла вышла домработница и подала десертные блюда, которые были очень красивыми на вид, и наверняка вкусными.
Эта семья явно была интеллигентной и предпочитала сначала есть, а уже потом разговаривать, попивая чай.
После того, как вкуснейший торт был съеден, мужчина сдержанно сказал:
— Торт как всегда прекрасен, дорогая.
Гермиона удивилась.
— Это Вы готовили?
Женщина зарделась.
— Да, я. На самом деле, я немного увлекаюсь кулинарией в области десертов. Очень люблю готовить тортики, пирожные и всё тому подобное, — она явно возбудилась и Гермиона поняла, что это любимое её занятие.