Тем не менее, результат того стоит — перед ними возвысился большой красивый дом. Мистер Грейнджер вскинул брови, а его жена восхитилась:
— Неужели это дом Риддлов?
Гермиона уныло кивнула.
- Он самый!
Голос Джин был полон восторга.
— Это же чудесно! — сказала женщина и решительно приблизилась к входной двери. Гермиона и её отец последовали за ней.
Им открыли сразу же — не пришлось даже стучать. Бабушку Риддла, Мэри, Гермиона узнала тут же.
— Здравствуйте, — вежливо сказала она.
Мэри всплеснула руками и обняла девушку.
— Здравствуй, Гермиона!
Джин удивилась и посмотрела на девушку красноречивым взглядом. Та лишь махнула рукой, мол потом объясню. Женщина кивнула, всё ещё подозрительно смотря на дочь, понимая, что от неё что-то определённо скрыли.
— А вы, наверное, мистер и миссис Грейнджер? Энтони и Джин, можно Вас так называть?
Родители Гермионы дружно кивнули.
— А Вы — миссис Риддл, бабушка Тома, не так ли?
Женщина отмахнулась.
— Я ещё не так стара, называйте меня просто Мэри!
Они вошли в дом и отправились в гостиную. В кресле важно восседал Томас Риддл, а на диване — его внук. Гермиона невольно поджала губы, увидев однокурсника. Она всё ещё была недовольна тем, что ей пришлось сюда приехать.
Внезапно Гермиона заметила, как Мэри толкнула внука и что-то возмущенно сказала ему на ухо. Тот лишь закатил глаза и приблизился к Гермионе.
— Можно твоё пальто?
Девушка тихо фыркнула — так, чтобы миссис Грейнджер не услышала и не отругала дочь за плохие манеры, и позволила парню снять с себя пальто.
Тот вёл себя на редкость цивильно — совсем не так, как в Башне старост несколькими днями ранее. Не пожирал её взглядом, не ухмылялся — вёл себя, как честный и спокойный парень, но вот только девушка уже давно перестала верить его невинному личику.
— Только попробуй приблизиться ко мне, — предупредила девушка, гневно сверкая глазами.
Том усмехнулся.
— Ты себя в зеркало видела? Кому ты нужна?
Девушка еле остановила себя от рукоприкладства и гордо отвернулась, а после направилась к матери, которая активно привлекала её внимание, делая непонятные знаки руками.
Когда они вышли в коридор, женщина тут же спросила:
— Откуда ты знаешь миссис Риддл?
Гермиона глубоко вздохнула.
— На самом деле, это долгая и не очень интересная история. Но если кратко, то это я воссоединила Риддла с семьей.
Женщина вскинула бровь.
— Но как?
Гермиона отмахнулась.
— Это не так важно. Я расскажу всё, но позже.
Джин сказала с обвинением:
— Почему ты не сказала мне об этом?
Гермиона честно ответила:
— Не хотела, потому что знала, что у тебя будет такая бурная реакция. Хотя здесь не самом деле нет ничего занимательного.
Женщина укоризненно покачала головой, но вернулась в гостиную. Тем временем все уже сели за стол и ждали только их.
Как только мама Гермионы села, её утянула в беседу миссис Риддл. Они нашли общие темы для разговора — обе женщины имели достаток в семье и могли позволить себе некоторые дорогие излишества наподобие импортных кремов и масок, и они с удовольствием обсуждали это.
Мистер Грейнджер и Томас Риддл тоже не скучали — оба были достаточно просвещены в делах бизнеса и тому подобного, и уже через несколько минут они яро спорили о справедливости цен на мировом рынке.
Лишь Гермиона и Том отчаянно скучали. Хотя, не совсем так.
Гермиона была крайне напряжена и сидела, словно в неё засунули палку — прямо. Она смотрела только в тарелку.
Том же был полностью расслаблен, попивая дорогое вино, но так, чтобы не опьянеть, как в прошлый раз, и буравя девушку своим взглядом. Та временами вздрагивала, но терпела, что не устраивать сцены во время праздника и не портить всем этим прекрасным людям вечер своими глупыми истериками, которые всё равно никто не поймёт.
Наконец пришло время для подарков. Они вручались на Новый Год, но миссис Грейнджер не могла придти в чужой дом без ничего, поэтому она всучила крайне довольной миссис Риддл свёрток с дорогими духами для неё и красивым ежедневником для её мужа.
Хозяйка дома, на удивление, подарила то же самое. Женщины долго смеялись, но бренды у подарков всё же были разными.
После этого все взгляды устремились на Тома с Гермионой.
Все молчали, а после раздалось дружное:
— Томми!
— Гермиона!
Женщины были крайне возмущены тем, что дети не купили друг друга подарки. До Тома дошло быстрее, чем до растерянно хлопающей глазами Гермионы, и он сказал с максимально невинным лицом:
— Мы с Гермионой подарили друг другу подарки ещё в школе, предполагая, что больше не встретимся до окончания каникул.
Девушка поджала губы.
«И глазом не моргнул, лжец!» — подумала она, но всё же закивала, подтверждая.
— Да, мы сделали это заранее, — сказала девушка с натянутой улыбкой.
На этом женщины успокоились и вечер продолжился. Наконец её мама поднялась и, к облегчению дочери, сказала:
— Как мы долго! Не будем больше стеснять вас.
Мэри тут же замахала руками в притворном изумлении.
— Ни в коем случае! К тому же, я не могу отпустить Вас, предварительно не сводя в Большой Хэнглтон.
Джин засомневалась.
— А это далеко?
Мэри покачала головой.
— Нет. К тому, мы идём скорее на его окраину — там ставят большую ель и поёт певица, популярная здесь — Дженна Пинк.
Миссис Грейнджер пребывала в мучительных раздумьях ещё пару секунд, а потом махнула рукой и сказала:
— Пойдёмте!
Гермиона почувствовала, что от выпитого в нервозном состоянии вина у неё начинает кружиться голова.
— Я не пойду, наверное.
На неё обратились непонимающие взгляды.
— Кажется, я немного не рассчитала количество выпитого, — обречённо добавила она.
Миссис Риддл ободряюще улыбнулась девушке.
— Ничего, бывает. Ты можешь отдохнуть на диване в гостиной или же в гостевой комнате на третьем этаже, я тебя провожу.
Гермиона благодарно кивнула.
— Спасибо, это было бы прекрасно.
Как только они ушли, Томас, решив не мучить внука, миролюбиво предложил:
— Том, может, тоже останешься здесь? В конце концов, тебе вряд ли будет интересны песни какой-то курицы и ёлка.
Том подумал и решил согласиться.
— Да, думаю, это правда. Лучше останусь здесь, в конце концов, мы с бабушкой сегодня целый день шерстили магазины в Большом Хэнглтоне и я, по моему скромному мнению, заслуживаю отдых. А вот кое-кто сумел отвертеться, сказав что-то про бумаги, — он явно намекал на самого Томаса.
Мужчина по-доброму усмехнулся.
— Нужно бороться с женщиной её же оружием — хитростью, — нравоучительно произнёс Томас, улыбаясь.
Том ответил тем же.
— Я запомню.
Через пару минут вернулась миссис Риддл, и Том проводил их, а после запер дверь. Никто бы не рискнул пробраться в такой дом сейчас, но, тем не менее, он тщательно проверил все окна и замки.
Он уютно расположился в гостиной с бутылкой вина и бокалом. Он, как настоящий гордый хищник, выжидал, когда глупая жертва сама попадётся в его цепкие лапы и будет растерзана когтями. И дождался.
Гермиона распустила волосы, сняла надоевшие каблуки, и отправилась вниз, чтобы съесть ещё кусочек того превосходного тортика, но наткнулась на преграду, которая и преградой вовсе не являлась.
Риддл сидел на диване с видом короля всего мира и смотрел прямо на неё — тем взглядом, которого она боялась даже больше, чем затуманенного и пьяного. Это был взгляд победителя — властный и требовательный, словно он знал что-то, чего даже она сама не знает.
Гермиона сглотнула и спросила внезапно севшим голосом:
— Что ты тут делаешь? Все же ушли…
Том лишь нарочито небрежно пожал плечами и ответил невинно: