— Сохранять спокойствие! — громко и чётко сказал я, стараясь придать голосу железные нотки. От сильного напряжения всё-таки заболела рана на груди. — Временное отключение электроэнергии в связи с погодными обстоятельствами! Оставайтесь дома и заприте двери и окна!
Соседи заговорили разом, открылись другие квартиры, показались огоньки свечей и маленьких лампочек. Меня никто не слушал. Истерические тона нарастали. Я услыхал, как и на других этажах огромной башни так же открываются двери, люди, почуяв шум и движение в подъезде, выходят на лестничные площадки, разговаривают, пугают друг друга нелепыми предположениями… О моих выстрелах в квартире Ди никто, конечно, не знал — у него же дорогущая звукоизоляция. А вот теперь мне захотелось выстрелить в потолок, чтобы распугать и разогнать народ по домам. Но я медлил, опасаясь неправильной реакции. Ситуацию неожиданно разрядили сами представители тёмных сил. Я вдруг с ужасом увидел, как из вентиляционной решётки под потолком опять вывинчивается имп-мрёнок. Он вылез из отверстия полностью и, цепляясь когтями, пополз по потолку, действительно напоминая огромное невероятно отвратное насекомое. За ним из дыры вентиляции показался второй. Кто-то из людей посмотрел вверх, потом другие, и раздался одновременный вздох ужаса. Я, однако, не растерялся.
— По квартирам!! — заорал я. — Нашествие гигантских тараканов!
И, вскинув пистолет с фонариком, выпалил дважды. Грохот выстрелов могучим звоном эха пролетел по подъезду, оглушая, ударяя по барабанным перепонкам и словно бы прямо по мозгу. Импы-мрёнки, брызгая чёрной кровью, попадали на пол. И мгновенно захлопали двери. Вслед за резким звонким эхом наступила тишина. И почти темнота. Лишь мой синеватый луч выхватывал из мрака то пол, где валялись подстреленные мною мрёнки, то пустующее теперь вентиляционное отверстие. Но «нашествие» прекратилось так же внезапно, как и началось. Из вентиляции больше никто не лез. А физическая форма призванных существ была, к счастью, нестойкой. Оба трупика начали будто тлеть и быстро истаяли чёрным густо-жидким дымом. На полу остались лишь две кучки мерзко выглядящего пепла. Однако я на всякий случай перезарядил свой «ТТ». С тихим скрипом вдруг опять чуть приоткрылась дверь и мужик в майке «ЦСКА», выглянув, сипло проговорил:
— Слышь, сосед, может, помощь нужна? У меня ружьё есть…
— Спасибо, — механически ответил я. — Мы сами обо всём позаботимся. Не выходите из квартиры, пока не дадут свет. Впрочем…
Я включил «истинное зрение» и быстро окинул взглядом башню. Мрёнков больше нигде не было. К огромному счастью. Не хватало ещё, чтобы они начали падать людям на головы из вентиляционных люков. Колдовской круг был вообще не виден, значит, ментальной силы он больше не имел.
— Возьмите ружьё и организуйте охрану подъезда, — раз сам вызвался помогать, значит, товарищ как минимум не трус. — Следите, чтобы никто не выходил из квартир, чтобы закрыли двери, окна и вентиляцию чем-нибудь. Поднимитесь до верхних этажей и повторите там информацию про погоду и насекомых.
Надо было дать людям какое-то занятие и хоть крупицу новостей. Меньше поводов для паники.
— Будет сделано, — сосед нырнул в квартиру и тут же вернулся назад уже с охотничьим карабином в руках — видно, вынес его в прихожую заранее. — Вы же из милиции? Или из ФСБ? Ловко вы этих… гадов подстрелили!
— Да, — устало подтвердил я. — Старший лейтенант Малинов. Делайте, как я сказал.
Безумие становилось похоже на норму. Норма вызывала ощущение сумасшествия.
Я спустился по лестнице вниз, сам на каждом этаже повторяя в запертые двери «Именем Порядка! Не выходите из квартир! Заприте двери, окна и вентиляцию! Ожидайте включения электричества! Ситуация под контролем спецслужб!» Я не врал. Я был представителем спецслужб — пусть и полууволенным — и я, по крайней мере, знал, что делать.
На улице было пусто. Завывал ветер. Сирен больше не было слышно вовсе. Несколько машин стояло поперёк проезжей части, некоторые углом заехали на тротуар. Видно, водители перепугались, когда всё началось, не смогли продолжить движение во мраке (это, на самом деле, в городских условиях гораздо труднее, чем просто ехать по тёмной трассе вне населённых пунктов) и покинули свои авто. Я осторожно зашагал по направлению к двору, где оставил свой «форд». Темно было — хоть глаз коли. Едва только выйдя из подъезда, я сразу споткнулся о бордюр. Но фонарик смартфона был здесь почти бесполезен, да и аккумулятор отнюдь не вечен. Потихоньку, иногда хватаясь за металлические ограждения газонов или за тонкие ветки кустов и деревьев, я добрался до дворовой стоянки и отпер дверцу моего автомобиля.