— Всем стоять! Ни с места! Прекратить поклонение Тьме! Андрей! — это она крикнула уже мне. — Адептом овладел демон! «Истинное зрение» включи своё!
Я быстро повернул голову в сторону Комкова и перевёл ментальный рычаг. И сразу всё понял. Прямо за спиной автобазного начальника воздвиглась страшная фигура. Вся она будто состояла из рогов, шипов и когтей. Над бесформенной головой — низкий блестящий гребень, на мерзко-мохнатых ногах — раздвоенные огромные копыта, глаза — словно узкие щели в задвижке огненной печи. Мгновенно потемневшее пространство вокруг меня наполнилось вдруг непрестанным назойливым гудением, складывавшимся в жуткие слова, которые воспринимались не ушами, а будто всем моим естеством: «Убить-кровь-мучения-взять. Убить-кровь-мучения-взять. Убить-кровь-мучения-взять». И так без конца. Из развёрстой пасти твари тянулась толстая красная нить. Длинно изгибаясь, нить уходила прямо в темя Аристарха Комкова, расходясь там паутиной тонких щупалец, окутывавших мозг адепта.
И тогда я, подчиняясь неведомо откуда пришедшему порыву, бросил пистолет наземь, деволюмизировался, прыгнул к Комкову, обхватил рукоять извилистого клинка, развоплотил его и вынул из руки адепта, как день назад нож-бабочку из руки гопника-инициата. Но на сей раз я взял клинок не для поражения людей из плоти и крови. Да, гадкая тварь, управлявшая Комковым, узрела меня, когда я вышел на ментальный уровень. Но моё появление было для неё совершенной неожиданностью. Да и не могла она одновременно кукловодить адептом и сражаться со мной. Резким ударом кинжала я перерубил красную нить и боковым зрением успел увидеть, как лидер культистов упал на четвереньки и, будто слепой, пополз с помоста вниз. Тварь отшатнулась и издала гнусный рёв. А я с криком «Славен Господь на небе, и да расточатся врази его!!» вновь поднял клинок и с разворота сильно рубанул существо Тьмы поперёк туловища. С оглушительным, давящим на мозг и душу воплем чудовищное создание разошлось чуть ли не на две половины, они упали наземь и буквально всосались в помост. Адское присутствие исчезло и пропало настойчивое гудение. Я вернул себе плотность, подобрал свой пистолет и выпалил-таки в воздух.
— А ну, культистское отродье, всем лечь на землю, руки за головы!! — заорал я. Мельком заметив пытающегося отползти в тень Комкова, я спрыгнул с помоста рядом с ним и, наступив каблуком ему на хребет, придавил адепта к грязи.
Некоторые из культистов начали неуверенно опускаться наземь. Хмель бесовского безумия явно выветривался из голов. Но не из всех. С диким воплем «Душители свободы!! Порвать их в клочья!!» ко мне вдруг кинулся рослый парень в одних только спортивных трусах. В руке он сжимал отбитое горлышко стеклянной бутылки. За ним рванулся другой. Но Ольга была начеку. Перехватив автомат одной рукой, она резко вытянула другую вслед нападавшим и чуть наклонила голову, на секунду прикрыв глаза. Тут же оба забияки споткнулись на бегу и мягко опустились мне под ноги. Я аккуратно вынул из кулака первого «розочку» и отбросил её подальше со словами «Порежешься ещё.» Теперь на полянке дрыхла уже почти половина всего сборища. Остальные, тихонько ворча, начали укладываться на траву и закидывать руки за головы. Ну ладно, подумал я. А что дальше с вами делать? Самохина осторожно обошла шевелящихся культистов, не отводя от них дула автомата. Приблизившись ко мне, она тихо сказала:
— Теперь я могу их спокойно поусыплять. А потом гранатами алтарь взорвём. Ты убил демона в ментальном пространстве, да?
Я кивнул и бросил ритуальный кинжал на помост. Лицо Ольги было мокрым от пота. Усыпление первых двух десятков бесноватых, видимо, далось ей нелегко.
— Трудновато тех было в сон погружать, — пробормотала она в ответ на мой удивлённо-озабоченный взгляд. — Их воля была почти полностью под воздействием адского хозяина, приходилось с ним бороться. Ну и снов эти культисты теперь насмотрятся! Воочию увидят, кому на самом деле поклоняются, и что с ними может произойти. Многие, надеюсь, призадумаются. Наверно даже бросят мысли о демонопоклонничестве. В церковь побегут!
Через несколько минут все инициаты крепко спали, постанывая и дёргаясь во сне. Что ж, не самое плохое наказание. Может, и вправду отрезвеют и одумаются. Мы отвязали от алтаря и привели в чувство девчонку-несостоявшуюся жертву. Она, впрочем, была в нервном шоке и тут же принялась рыдать и вырываться от нас, явно не осознавая, что происходит. Пришлось усыпить и её.
— В самую спокойную плоскость рядом с лисичьим лесом отправлю, — сказала Ольга. — Проснётся с ясным сознанием, большую часть дряни забудет. Надо будет только её до больницы довезти, что ли. Эти-то пусть на холодке полежат, да и костры тут есть.