Соня падала, в ушах свистел ветер. Мимо промелькнуло испуганное лицо Заира.
— Падай! — крикнула она на лету, но еще прежде Заир и сам сообразил, каков единственный способ уцелеть.
Мгновенье спустя оба они барахтались в теплой воде, окутанные белыми клубами пара — дно пещеры оказалось куда ближе, чем можно было предположить. Вместо камней горячее озеро, вбирающее в себя ледяные струи водопада. Повезло.
Соня вынырнула первой. Плечи болели. Даже сложенные крылья едва не оторвали ей руки. Она торопливо огляделась — Заиру могло повезти куда меньше. Голова маленького воина показалась из воды локтях в десяти от девушки. Еще под водой маленький воин успел освободить руки и теперь торопливо поплыл куда-то в сторону, надеясь отыскать берег.
— Я здесь! — перекрывая шум водопада, закричала Соня.
— Госпожа? — Заир услышал, повернул взлохмаченную голову.
Слава великому Небу, что водяные пары скрывали их от неведомых стрелков, а шум водопада заглушал их крики!
— Сюда! — крикнула Соня.
— Госпожа ранена?
— Нет. А ты?
— Заир зол,— громко сказал, подплыв к девушке, воин,— Заир видел, но не успел предупредить.
— Что ты видел?
— Немного, госпожа,— коротко сказал Заир.— Сквозь камень проросли луки, и каменные пальцы начали натягивать тетиву. Я был совсем рядом и успел ударить ногой. Камень был живой, госпожа!
— Камень?!
— Он выпустил лук и схватился за живот. Он даже что-то вскрикнул, но я клянусь, передо мной никого не было. Я видел только камень. Каменные пальцы и натянутую тетиву.
— Вот почему Айри не хотел, чтобы мы спускались по веревке,— задумчиво сказала Соня, наконец нащупав пяткой каменистое дно.
— Хорошая мишень,— согласился с ней маленький воин, и лицо его приняло озабоченное выражение,— я не знаю, кто это, но…
Он не договорил.
Сразу добрый десяток стрел пронзил воду. Степняк побледнел:
— Ныряй, госпожа! — испуганно крикнул он и первым сиганул под воду. Соня чуть запоздала. Еще несколько стрел легли точнехонько туда, где скрылась голова Заира, только потом девушка нырнула следом. Уже под водой Соня почувствовала как острое жало стрелы царапнуло спину. Чьи-то пальцы коснулись ее плеча. Она испуганно отшатнулась в сторону, широко загребая руками, заплыла глубже. Вода на дне озерца была настолько горячей, что обжигала кожу. Испугавшись, девушка рванулась к поверхности. Заир уже вынырнул и жадно вдыхал перенасыщенный влагой воздух.
— Они стреляли наугад,— заметив Соню, тяжело дыша, сказал степняк.— Теперь спустятся посмотреть.
— У тебя есть лук,— сказала девушка,— но я вижу лучше тебя. Отдай его мне.
— Возьми, госпожа.— Маленький воин встал на камень и теперь стоял по пояс в воде. Он снял со спины лук и колчан со стрелами, протянул их Соне: — Их десять, можешь не считать,— сказал он заметив, как скользнул по оперению стрел ее взгляд.
— Не густо.
— Нам надо вернуть крылья и предупредить,— сказал Заир,— где-то должна быть веревка. Пойду смотреть.
Конец веревки они нашли на краю водопада. Вода здесь не падала, а стекала по пологому склону в озерцо. Веревка лежала на камнях. Чтобы она дотянулась до конца пропасти, кто-то для верности разорвал свою рубаху, и теперь связанные между собой лоскутья полоскались в воде.
Пока Заир тщательно приматывал крылья, Соня вглядывалась в скрытые водяными парами каменные склоны пещеры. Заир говорил, что луки росли прямо из стен; что ж, она будет стрелять в стены, в каменные пальцы, и горе тому, кто встанет на ее пути.
— Готово, я оставил в твоем крыле стрелу. Айри поймет.— Заир подергал конец веревки, давая знать, что ее можно вытягивать назад. Подергав нахмурился: — Кто-то лезет, госпожа. Его убьют. Надо отойти. Будет падать. Мертвый.— Маленький воин потянул девушку за мокрый рукав.
Он оказался прав.
Спускавшийся по веревке Маммет рухнул на камни, в двух шагах от Сони. Спина несчастного была густо облеплена стрелами. Перевернув его на живот, девушка увидела еще пару торчащих в животе. После падения от лица Маммета остался сплошной кровавый синяк. Голова раскололась, как орех. Жалеть трусливого степняка она не стала, зато обрадовалась, увидев упавший рядом лук и колчан со стрелами. Теперь у них было два лука, а стрел хватило бы на то, чтобы сразиться с аквилонской полусотней.
— Теперь пора.— Заир снова подергал веревку. В ответ веревка рванулась из его рук — раз, другой,— и привязанные к ней крылья плавно пошли вверх.