Попытавшись пошевелиться, я зашипел. Кольца, удерживающие руки, впились сильнее, а по цепям пробежали искры. Проклятая магия! Похоже, святоши неплохо поработали надо мной. Почему святоши? А кому еще я мог понадобиться?
- Вижу, ты очнулся, - раздался позади хриплый старческий голос.
- Ты еще кто такой? – пробормотал я, пытаясь повернуть шею, чтобы разглядеть собеседника. Однако он облегчил мне задачу и вышел из-за спины, встав прямо передо мной.
Невысокий старик, щуплый, с седыми волосами, схваченными в хвост на затылке. Черты лица острые, крючковатый нос, узкие бесцветные губы. Глаза горят бледно-серым из-под густых бровей. На старике лишь свободные брюки, старые сапоги да рубаха.
- Итак, мы, наконец, можем поговорить, - улыбнулся он. Лицо вполне себе доброе, внушающее доверие. Если не знать, что он относится к святошам. Правда вот в самом старике ни капли магии нет. Тогда кто он такой?
- Для начала, может, назоветесь? – с вызовом спросил я. Он качнул головой.
- Мое имя ничего тебе не скажет. А твое мне уже известно, Чума. Нет нужды представляться. Нам так много нужно обсудить, мой юный друг.
- Например?
- Зачем ты пожаловал в город? Почему убил сэра Грегора? И как ты можешь оправдать свои поступки?
Я рассмеялся.
- Оправдать? С чего бы? Я делал то, что считал нужным. Да, едва появившись в этом мире, я прикончил многих людей, но мной руководил демон. А вот те милые ребята, что пытались меня сжечь, заслужили смерть.
- Они лишь исполняли свой долг, - покачал головой старик. – Ибо сказано в догматах Девятерых: «Искореняйте тьму, ибо порочны твари, ее несущие. Искореняйте тьму, да не будете подвержены искушению. Искореняйте тьму, ибо тьма есть сущее зло». Разве можно винить птицу за то, что она летает?
- Не думаю, - равнодушно произнес я. – Но они могли бы для начала попытаться заговорить со мной. Я не стал бы убивать без необходимости. Я не то зло, описанное в ваших догматах.
- Это спорный вопрос, мой юный друг. Некоторые считают, что вы воплощение Темного, посланное нам в наказание за грехи наши. Другие же полагают, будто вы падший страж небес, сурово карающий утративших свет веры.
- Думаю, и те, и другие ошибаются. Я лишь человек, получивший проклятье. Мне плевать на вас и вашу веру. Я просто хочу вернуться.
- Вернуться куда?
- Домой.
Старик внезапно рассмеялся.
- Что такого? – не понял я. Он утер слезы веселья и кашлянул.
- Ты никогда не сможешь вернуться, Чума.
- Это почему же?
- Ты уже мертв. Ты умер задолго до того, как попал сюда. И убил невинную душу. Темный не отпустит тебя просто так. Ты будешь вечно служить ему.
- Это мы еще посмотрим, старик, - прорычал я. Он пожал плечами.
- Итак, ты прибыл сюда, чтобы найти способ вернуться, верно? Что будешь делать теперь, когда пути назад нет?
Его глаза внимательно наблюдали за мной, словно ответ действительно был важен.
- Сокрушу Низвергнутого, - процедил я. – Он пытался управлять мной, сделать своей марионеткой. Я не могу простить подобное!
- Вот как, - протянул старик. – Интересно…И ты уверен, что сможешь победить столь могущественного врага?
- Не сейчас, - сдался я под его взглядом. – Но рано или поздно, обязательно смогу.
Старик издал короткий смешок.
- Юность так порывиста на глупые поступки. Даже потратив тысячу лет, ты не достигнешь его уровня, мальчик. Да, ты силен. Совсем скоро ты сможешь на равных сражаться с паладинами, но этого мало. Темный существует тысячи лет, и столько же совершенствует свое мастерство. Во всем мире нет существа, равного ему по силам. Ты падешь.
- Возможно, - не стал отрицать я. – Но хотя бы попытаюсь. В отличие от вас, трясущихся в страхе перед грядущим. Что сделали вы, чтобы изгнать тьму? Герцог Линн рассказал мне о ваших «методах» борьбы со злом! Разве это правильно? Неужели вы думаете, что, распивая вино и трахая шлюх, сможете отсрочить гибель?
Мгновение – и лицо старика оказалось в сантиметре от моего. Бледные глаза гневно уставились на меня, а рот изогнулся в хищном оскале.
- Не надо говорить мне о том, что я должен делать, мальчик, - прошипел он. – Ты ничего не знаешь о нас. Ты, никогда не видевший света, как можешь ты презирать нас?
- Мне достаточно было увидеть сэра Грегора, кичащегося своей силой, - негромко сказал я. – Если это был ваш лучший воин, то вы ничтожны.
Старик отпрянул, отвернулся к двери. Пару минут он молчал, а затем прохрипел:
- Может, ты в чем-то и прав. Конклав сильно ослаб за последние полтора столетия. Тьма все больше захватывает наши земли. Если бы только юноши вступали в ряды Святого воинства, у нас был бы шанс. Но люди предпочитают выращивать хлеб, пить вино и трахать женщин, не задумываясь о будущем. Подумать только: из четырех сотен паладинов у нас осталось лишь пять десятков, из которых лишь несколько действительно сильны.
- Мы можем помочь друг другу, - произнес я. Старик обернулся. Глаза, горевшие до этого праведным гневом, потухли.
- Союз с тьмой? Что может быть хуже…
- Я не на стороне тьмы. Но и не на стороне света, - отрезал я. – Моя цель – уничтожить Низвергнутого. В этом вы можете мне помочь. Я уверен, что как только он падет, оставшиеся монстры станут неопасны.
Старик долго раздумывал над моими словами, наверняка прикидывая в уме шансы.
- Не в моих силах обещать тебе что-то, некромант. Но я поговорю с епископами.
- Обратитесь к герцогу Линну.
- С ним сейчас беседует Совет.
Вот как. Выходит, Линн уже здесь? Оперативно. Хотя…сколько времени прошло?
- Давно я здесь?
- Неделя.
Ничего себе! Значит, турнир давно завершился. Интересно, как сэр Дарн и остальные восприняли новость о моей «темной» стороне. Наверняка поплевались через левое плечо, помянули Девятерых и дружно забыли.
Старик развернулся и зашагал к двери.
- Куда вы?
- Дела, - последовал лаконичный ответ.
- Может, скажете уже, кто вы такой?
Он замер на пороге, слегка повернул голову. Готов поклясться, что на мгновение его губы исказила усмешка.
- Палач.
Слово еще долго эхом отдавалось у меня в сознании, вместе со стуком двери.
Похоже, в этот раз до пыток не дошло. Оно и к лучшему. В таком состоянии я не смогу долго сопротивляться, а терпеть дикую боль…нет уж. Счетчик наверняка уже опустился до нуля, и теперь с каждым днем я буду становиться все слабее и слабее, пока не поем. Дурацкие условности.
Любопытный, все же, старик. Так и не назвал свое имя. Он наверняка понял гораздо больше, чем услышал от меня. Сколько же ему лет? Если герцогу несколько сотен, и он выглядит молодо, то палачу может быть и тысяча. Странный мир. Боги наблюдают за смертными, смертные живут тысячелетиями, не являясь при это даже нежитью. Нежить заражает смертных, но те при этом и не думают уничтожать ее. Бред какой-то. Неужели всех устраивает такая жизнь? Ожидание того, что однажды придет большой темный дядя и всех прихлопнет, или же заставит служить себе?
Тряхнув головой, я вздохнул. О чем только думаю? Меня могут казнить совсем скоро, если герцог не разрулит ситуацию. А умирать ой как не хочется, не добившись даже какой-либо значимой цели.
Я висел на цепях еще несколько дней, прежде чем дверь открылась и в комнату зашел герцог Линн.
- Хреново выглядишь, мой юный друг, - жизнерадостно заметил он. За спиной герцога мялись два бугая в рясах. Линн сделал им знак и парни споро освободили меня от цепей, но браслеты на запястьях оставили.
- Как есть. Столько дней не жрамши, - пробурчал я, слегка пошатываясь от слабости. Герцог засмеялся.
- Ничего, скоро тебе представится возможность неплохо поужинать в компании с Советом.
- Старики все же захотели лично взглянуть на темную зверушку?