- Можешь не стараться,- усмехнулся он.- Сейчас и я не вижу твоего истинного облика – так лучше для нас обоих. А радуюсь тому, что заставил тебя волноваться. И ты немного ревнуешь к Офелии.
- Немного?- с издёвкой отозвалась я.- Если она ещё здесь, выцарапаю ей глаза!
Керро только рассмеялся и, направляясь к двери, небрежно бросил:
- Спускайся вниз, я распоряжусь насчёт завтрака,- но от порога обернулся и довольно прищурил глаза.- Неужели в тебе всё же есть эмоции, ледышка?
И, посмеиваясь, шагнул за порог. Я раздражённо сдёрнула с плеч плащ. От хорошего настроения не осталось и следа. И больше всего злило то, насколько на самом деле возвращение Керро меня обрадовало... Но ему знать об этом необязательно. Одевшись и собрав волосы, я выплыла из комнаты с невозмутимостью, какой позавидовали бы и Католические короли[1]. "Внизу" меня перехватил Васко.
- Сеньор де Ривейра не любит излишней сутолоки, поэтому для него в моём доме – особый стол.
Он провёл меня через "зал" – проходя мимо стойки, я постаралась не принимать близко к сердцу взгляды оскорблённой Лусинды – и махнул на столик в самом углу, за которым расположились мой защитник и его бывшая пассия. Керро сидел спиной, а что-то доказывающая ему Офелия явно не узнала меня в "гриме", и я услышала обрывок разговора:
- Она – действительно очень красивая, будто нарисованная, но... такая незрелая и избалованная!
- Я не спрашивал твоего мнения, Офелита,- резко оборвал её Керро.
- Ещё вспомнишь мои слова, когда она вытянет из тебя душу. Судя по твоему виду, уже начала.
- Довольно. Ты сказала, что пришла по делу.
- Прости,- пожав плечами, она сморщила носик.- Ты мне не безразличен, я не могла промолчать.
Но тут её взгляд скользнул вверх и остановился на мне.
- А тебе что здесь надо, оболтус?
- Не мог пройти мимо такой красоты,- басом отозвалась я.- Глаза – как небо в туманный день, волосы цвета перезрелой пшеницы... А ногти! Что ты ими делала, выкапывала картошку? Muñeca.
Ещё собиралась пройтись по чистоте волос и исходящему от неё "свежему" запаху, но Керро всё испортил, начав, по своему обыкновению, подвывать от смеха. Крайнее недоумение на лице девицы сменилось удивлением. Она даже чуть наклонилась через стол.
- Ты?.. Неплохо постарался, querido!
Я опустилась на свободный стул между ними, но тут же ехидно поинтересовалась:
- Или хотите сидеть рядом? Можем и поменяться.
- Незачем,- не менее ехидно отозвалась девица.- Я вижу, когда моё время истекло. Но, должна сказать, из всех моих возлюбленных Керро оказался самым взыскательным. Так что, если понадобится совет, как лучше доставить ему удовольствие...
- ...спрошу у него,- широко улыбнулась я.
- Могу рассказать прямо сейчас,- с готовностью подхватил Керро.- Точнее, это лучше показать!
Офелия сузила глаза.
- Не может быть... Неужели... она держит тебя на расстоянии? Тебя? О! Так вот в чём причина твоей одержимости!- и, рассмеявшись, доверительно наклонилась ко мне.
- Он не привык к отказам, но, как только получит своё... Знаешь, что однажды сказал мне? "Вино лучше любовного соития"! Можешь в это поверить? Поэтому сама видишь, что на самом деле заставляет его сердце биться быстрее.
- Это... не совсем так,- неловко кашлянул Керро.- И не совсем то, что я сказал...
Но я даже не повернулась в его сторону, не сводя насмешливого взгляда с Офелии.
- Конечно, вижу. Если несчастный предпочитает вино "любовному соитию", значит, у него ещё не было стоящего "любовного соития". Кстати, не-стоящий опыт включает и тебя. И ты собираешься давать советы мне?
В глазах девицы сверкнула молния, а Керро застонал.
- И как я теперь должен сосредоточиться на деле?!
Но убийственное выражение на лице Офелии друг смягчилось, она рассмеялась.
- Может, я ошиблась, и ты сможешь укротить его после того, как он укротит тебя.
- Как только "дозрею" и перестану баловаться – непременно,- фыркнула я.
Керро снова дал волю смеху, но тут к нашему столику подошла Лусинда. Бухнула тарелки и "стаканы" с кахвой, бросила на меня недобрый взгляд исподлобья и, будто случайно, задела бедром так, что я чуть не опрокинула свою кахву на Керро. Начиная всерьёз опасаться, что в следующий раз она подсыпет мне яд – если ещё этого не сделала, я ласково мурлыкнула: