И, схватив парня за рукав рубашки, я направилась в сторону двери. Полная решительности.
Может быть, тащить своего подчиненного к себе домой было плохой затеей (особенно учитывая уровень моей адекватности), но сегодня Макс был хорошим приятелем, с которым мы неплохо провели время. В конце концов, я просто зову его в квартиру, а не к себе в кровать.
Парень сопротивлялся очень долго. В какой-то момент мне показалось, что на выходе из лифта он просто сиганет вниз по лестнице. Ну, что за детский сад, в конце концов?!
Но до квартиры я его все-таки дотащила. Практически за шкирку, нужно сказать.
– Проходи, располагайся. – Я хотела добавить «Чувствуй себя как дома», но передумала. Все-таки это мой дом. – Немного не убрано, сборы на свадьбу дело такое.
– Да я все понимаю.
Макс расположился на кухне, пока я скидывала с себя все праздничные атрибуты. Образ у меня, конечно, был шикарным, но жутко неудобным. Особенно эти силиконовые накладки на грудь! Боже мой, как будто к соскам улитку приложили.
Надеюсь парень не ужаснется, увидев меня в халате и без макияжа. Хотя, он видел больше чем все в тот день, когда я опоздала на работу. Бояться ему явно нечего.
На кухне закипал чайник (видимо, мое предложение Макс расценил очень прямо). Закатав рукава своей белой рубашки, он колдовал над двумя кружками. Хозяйственный, однако.
– Это тип Золушка после полуночи? – Окинув взглядом мой видок, он саркастически усмехнулся и присел за стол.
– Можно подумать, принцы после балов выглядят свежими и бодрыми.
– Ну, я выгляжу шикарно даже сейчас. – И снова эта наглая ухмылочка! Ой, мальчик, сковородка сейчас в непростительной близости от моей руки.
– Хочешь сказать, на меня смотреть страшно?
– С пивком потянет. – Я все-таки отвесила ему подзатыльник, но вызвала только смешок. – Если хочешь, налью тебе вина, чтобы не страшно было находиться в одной квартире со старой женщиной, лишенной всякой привлекательности.
– Да ладно сразу обижаться. Можно ведь просто в ответ что-нибудь кинуть.
– В ответ, говоришь? – Стоя позади, я обхватила его шею рукой, изображая удушающий захват. Жалко, конечно, но изображая. – Пока все мои ответные фразы и действия ведут к чугунной сковороде.
– Может, хотя бы скалкой? – Он запрокинул голову, тем самым сблизив наши лица.
Я смотрела на него сверху и не могла отвести взгляда. Такой непозволительно красивый, дерзкий. А как от него пахнет! И все равно, что это запах дешевого геля для бриться.
От непонимания ситуации я даже облизнула губы и шумно сглотнула, но головы его из рук не выпустила. А Макс ничего, не нервничает. Устроился между моих грудей и улыбается так нагло.
– Хороший вид, кстати.
– Хороший? Давай я тебе голову до щелчка проверну, чтобы было еще удобнее смотреть?
– Все, все, успокаиваемся. – Он без каких-либо усилий снял мою руку со своей шеи и, нежно проведя пальцем от локтя до кисти, усадил за стол. И я почему-то не сопротивлялась.
Чай мы пили в тишине. Я тихо закипала под насмешливым взглядом Макса, а он отогревался после прогулки по ночному Екатеринбургу в одной только рубашке.
– Слушай, до открытия метро еще два с половиной часа. А я уже сейчас вырубаюсь. Может, просто диванчик постелить? – Я очень надеялась, что парень согласится. Иначе мне придется зависать тут с ним до самого утра или отправлять его скитаться по улицам. А последнего уж точно допускать нельзя.
– Неудобно как-то.
– Неудобно пешком до дома в такое время идти, а диван у меня очень даже ничего.
Молчание я расценила как положительный ответ, поэтому рванула в зал стелить постель нежданному гостю. Обычно у меня оставался только Андрей, редко Юлька, но они были не прочь засыпать со мной в одной кровати.
Пытаясь уложить простынь на диван, я стояла в самой неприличной позе, какую только принимала за всю жизнь. Какой Демон вообще придумал простыни на резинках?! Да, пока ее на все углы натянешь, вечность пройдет.
Но я все-таки управилась за десять минут. И уже собиралась идти за Максом, как обнаружила, что все это время он стоял за моей спиной (или не все?). Дай Бог, чтобы он не видел, как четырьмя конечностями я пыталась удержать четыре уголка простыни!