Наверное, выглядела я сейчас как никогда жалко. Сижу тут, сопли распускаю, выгляжу как изнасилованная проститутка. Вот тебе и новая жизнь, Мане. Получите, распишитесь!
Первым делом, когда кончились слезы, я позвонила Максу. Нужно было предупредить, чтобы начал прием без меня.
– Да, Мане Вартановна, что-то случилось?
– Максим, там после обеда клиентка. У нее осмотр и чистка. Ты справишься без меня?
– Справлюсь, конечно. А что с Вами? И не нужно говорить, что все хорошо. У Вас голос ни разу не радостный. – Вот ведь психолог. А я так старалась говорить, будто ничего не случилось.
– Давай я приду с небольшим опозданием и все тебе расскажу?
– Хорошо.
Я отключилась и шумно выдохнула. Предстояло каким-то волшебным образом привести себя в порядок, чтобы в больнице ни о чем не догадались. Мне не нужны слухи: стоматолог одной из лучших клиник Екатеринбурга на работе выглядит как жопа из кустов.
Хорошо, что в сумке была пачка влажный салфеток, а на телефоне фронтальная камера. Видимые следы истерики можно будет устранить.
Щека немного припухла, остался красный след, кожа была сбита и до сих пор немного кровоточила. Рассек он не сильно, но заживать это все будет долго. И самое обидное, ни один тональник не замажет!
За пальто было не так обидно. Никогда не носила, не стоило и начинать. Конечно, за полторы тысячи в химчистке его бы привели в порядок, но какой смысл чистить пальто, купленное за девятьсот рублей, за полторы тысячи?
Через двадцать минут я сочла свой вид вполне приемлемым и, перебросив верхнюю одежду через руку, быстро побежала в клинику. Спасибо, что по дороге до кабинета меня встретила только довольная клиентка.
Макс что-то писал в бумагах, поэтому заметил меня не сразу. А когда заметил, сразу подошел.
– Что случилось? Вы кофе на себя пролили?
– Ну, тип того.
– Подождите, это он на Вас вылил?! – Я слышала, как сжались челюсти Макса и хрустнули суставы кулака. – Вот поддонок!
– Вылил и вылил, это не самое страшное. Кофе не был горячим.
– Мане Вартан…. – Но он не успел договорить, потому что я повернулась, выставляя напоказ побитую щеку.
Еще никогда я не видела столько эмоций на лице человека сразу! Мне кажется, Макс был готов разорваться, чтобы лечить меня, чистить пальто и одновременно уничтожать моего обидчика. Или, может, мне только так казалось.
Он несколько секунд просто смотрел на мою щеку с долей недоумения и сочувствия. А когда опомнился, подхватил на руки и понес в стоматологическое кресло. Не скажу, что я была слишком против прижаться к сильному телу после такой эмоциональной встречи.
Усадив меня поудобнее, он вытащил из холодильника пакетик со льдом и аккуратно приложил к больному месту. Я чуть вскрикнула от холода и резкого пощипывания, но парень крепко взял меня за руку.
– Потерпите, пожалуйста. Сейчас станет немного легче. – Он убрал лед от лица и осторожно, почти невесомо, провел салфеткой, убирая кровь. – Синяк будет, наверное.
– Закуплюсь тональником. – Боль немного отступала вместе с обидой, я даже заставила себя улыбнуться. – Макс, спасибо, но в чувства я пришла. Нужно работать.
Не успела я приподняться, как он схватил меня за плечи и осторожно откинул обратно в кресло. И лицо у него такое в эти моменты, не терпящее возражений. Ну, ладно, ладно. Возражать я особо и не собиралась. Можно хоть раз в жизни притвориться жертвой.
– Предлагаешь отменить прием и сидеть так до вечера?
– Я перенес пациента с часу тридцати на завтрашний день. Там все равно практически все свободно. Так что следующий прием только в три.
– Отлично. У меня есть время немножко поболеть.
Макс менял лед каждые несколько минут, а потом заботливо прикладывал его к моей щеке. И было так приятно ощущаться рядом поддержку, заботу. Да, блин, все девочки любят, когда их лечат. Особенно красивые мальчики.