Не сдержав эмоции, которые копились внутри, я вскочила со своего места и стала измерять кабинет шагами во всех направлениях. Казалось, еще немножко, и моей ярости хватит, чтобы вскипятить пару литров воды.
– Прекратите тратить нервы на прошлое. Давайте, уровень глюкозы повышайте. – Хитро подмигнув мне, Макс выставил на стол коробку конфет, оставшуюся с утра.
Потихоньку я отходила от разговора с Натальей Львовной. В самом деле, чего себя изводить? Теперь эта история в прошлом. Сейчас нужно поскорее позабыть о ней и вычеркнуть из жизни все плохие воспоминания.
Уже дома, сидя в своем кабинете для темной магии, я листала книги с рецептами различных отваров, выбирая подходящий. Сегодня решила посвятить вечер самообразованию. Только вот Номер Тринадцать, который обычно помогал мне разбираться во всех магических вопросах, сегодня почему-то не явился.
– На слезах десяти красавиц настоять корень имбиря и цветы солодки, собранные по утру в ясный день. – Прочитала я рецепт из какой-то дряхленькой книжки. – Нет, это слишком старые методы снятия стресса. Нужно что-нибудь посовременнее.
В своей комнатной библиотеке я ориентировалась уже без труда. Книг у меня было не так много, поэтому расставить их согласно определенной системе труда не составило.
– Смесь липового меда с сушеным и цветками одуванчика втирать в виски, а затем смыть после полного высыхания. То что нужно!
Схватив пару пакетиков, подвешенных под потолок, я помчалась на кухню готовить чудодейственное средство. Надеюсь, и впрямь поможет.
Мои ведьминские навыки находились где-то на отметке «знахарка», потому как особой магией я не обладала. Во-первых, не было книг, специализирующихся на каких-то азах магии. А, во-вторых, с учителями сейчас тоже проблемы. Номер Тринадцать, как ни крути, всего лишь чертенок.
Поэтому умела я всего ничего. Сварить лечебные отвары по рецептам, сделать мазь какую-нибудь полезную, болезни некоторые зашептывать умела. Ну, еще пару обрядов, наверное, провести бы смогла. И, пожалуй, все.
Но я довольствовалась и этим, потому как чувствовала, что занятия мне по душе. Эх, если бы прабабушка была сейчас жива, я непременно научилась бы у нее чему-нибудь магическому. Соседи всегда говорили, что она была настоящей ведьмой!
В наше время инквизиторы привыкли скрываться от простых людей за ширмой мистики и старых сказок. А раньше такого не было. Ведьмы жили среди обычного народа, не скрывая своей особенной сущности.
Помню, как несколько лет назад беседовала с соседкой на даче. Она была довольно старой женщиной, практически лишенной здравого рассудка из-за болезни. Однако прабабку мою помнила хорошо. И о ее магических штучках много знала.
Тогда я и узнала, что прабабушку уважали все близлежащие деревни. Она и детей крестила, и болезни лечила, и дождь могла вмиг наколдовать в самый сухой день. Еще соседка рассказывала, что у нее был ручной ворон, который превращался в кота, но в это я уж как-то не верила.
У меня из ведьминского имелась только небольшая библиотека, полуручной черт и темные (почти черные) глаза, которые раньше являлись меткой какой-то потусторонней силы. Это я в одной книжке прочитала.
– О, Манька, чего звала? – Я даже на стуле подпрыгнула, не заметив, как в центре пентаграммы появился чертенок. – Прости, дела были важные.
– Да, вот, поговорить хотела, книжку почитать. – Я указала на ветхое издание, открытое на главе о Демонах. – Присоединишься?
– Спрашиваешь! А чем это у тебя так вкусно пахнет? – Чертенок смешно вздернул носиком, выходя из пентаграммы.
– Лечу свою психику после расставания с женишком. Нервы мне его семейка потрепала знатно.
– Ты бы лучше щеку свою полечила, красавица. – Бесцеремонно Номер Тринадцать подошел к моей стене со всевозможными травками и стал вытягивать мешочки один за другим. – Чего ты так смотришь? У меня дед знаешь какой лекарь! Да, к нему остальные лекари лечиться ездят. Вот я тоже умею немножко. – Я наблюдала, как чертенок сует свой нос во все подряд пакеты и что-то откладывает на стол. Видимо, и впрямь знает свое дело.