— Ответ принял, сто пятнадцатый. Вспышка пока небольшая, но активность растёт. Доложите, как будете на месте. Направлю за вами подкрепление.
Город уже спал и дежурный патруль ОБН очень быстро достиг намеченной точки. Влад уставился на ровные ряды деревьев и обернулся к Александру, активно изучающему карту.
— Здесь рядом два лагеря. Действующий и заброшенный. На какой ставишь? — с азартом спросил он.
— Ставлю на заброшку, — быстро ответил Влад.
— По рукам, — вздохнул Саша, заранее предчувствуя очередное поражение. Новичок уже умудрился выиграть у него целых пять пари.
Мужчины вооружились и двинулись в лес. Долго гадать не пришлось.
— Чувствуешь, воздух трещит? — спросил Саша, словно принюхиваясь.
— Ты же знаешь, что не чувствую, — буркнул Влад. — Это же ты у нас видящий.
Чем ближе они подбирались к лагерю, тем холоднее становился воздух. Внезапно поднявшийся ветер закрутил в суровом танце сухие сосновые иголки и песок.
— Это что? Град? — удивился Влад, потирая ушибленное плечо. Он подобрал с земли льдинку размером с куриное яйцо, но ответа так и не услышал — напарник уже сорвался с места.
— Быстрее! — выкрикнул тот на бегу.
На всей территории заброшенного лагеря было темно, как в подвале, и только в окнах одного-единственного здания мелькал свет.
Саша сжал в руке око и кивнул напарнику на дверь. Влад снял пистолет с предохранителя и пнул незапертую дверь.
— Твою ж … — ошеломлённо протянул видящий.
Влад и вовсе потерял дар речи. Ему ещё никогда не приходилось видеть настоящего колдовства. В центре зала прямо в воздухе, окутанная голубым светом, парила девушка. Её голова была закинута назад, длинные каштановые волосы развевались над лицом, словно кишащие змеи. Кольцо света вокруг неё ритмично пульсировало и с каждым мгновением становилось ярче. Стены и потолок покрылись мелкой сеткой трещин, последние стекла в окнах с громким хрустом брызнули во все стороны.
— Очнись! — встряхнул напарника Саша. — Проверь вон тех!
Влад перевёл взгляд туда, куда указал видящий, и заметил у стены тела двух парней.
— Живы, — констатировал он, нащупав у обоих пульс.
— Ненадолго, — отрезал напарник и подбежал к девушке. — Помоги! Сейчас рванёт!
Он дёрнул её вниз и прижал к полу. Влад зажмурился и помог видящему зафиксировать руки молодой ведьмы. От прикосновения к её коже все мышцы в теле скрутило болезненным спазмом, горло сдавила тугая удавка.
— Терпи! Сейчас, сейчас, — бубнил напарник. Он вытащил нож и принялся чертить на тонких запястьях запирающие знаки.
— Нельзя! — прохрипел Влад, прекрасно осознавая последствия таких действий. — Она сгорит!
— Хочешь, чтобы она выжгла мозги всем в радиусе пяти километров? — взвился Саша. — Я такой силы ещё не встречал…
Последний знак кровавым росчерком лёг на бледную кожу, слепящий свет хлопнулся в одной точке и девушка, выгнувшись дугой, захрипела.
— Прости, ведьма, — выдохнул Саша и без сил завалился рядом. — У нас не было выбора.
За спасение детей Влад получил свою первую награду и повышение, вот только радость от этого важного события была омрачена муками совести. Девушка выжила, но впала в глубокую кому. Насильно оборвавшаяся инициация почти полностью выжгла магию из её тела, оставив после себя лишь жалкие крохи.
Он провёл у её постели не один час, постоянно прогоняя в памяти воспоминания о той ночи. У них действительно не было выбора?
Спустя две недели Диана очнулась. К тому времени Влад успел изучить всю её жизнь и даже познакомился с матерью, которая так и не узнала, что её дочь прошла по краю между жизнью и смертью. Светлана Александровна была обычным человеком, без капли магии в крови, отец и вовсе исчез сразу после зачатия. А значит, и мстить за маленькую ведьму никто не станет.
— Вы кто? — прохрипела бледная Диана, скользя рассеянным взглядом по лицу мужчины.
— Я Влад.
— Влад? — нахмурилась она. — А где я?
— Ты в больнице, но теперь с тобой всё будет хорошо.
— А что случилось? Я ничего не помню.
Влад сглотнул ком в горле и взял девушку за руку. Заученная легенда, одобренная начальством, сорвалась с губ лживой мелодией.
— Всё очень сложно, Диана. Тебя зацепило чужой инициацией…
Глава 26
Обрывочные воспоминания, словно выпавшие из общей колоды карты, наконец-то встали на свои места, завершая причудливый узор памяти. Диане казалось, что она бредит, болтаясь на грани яви и сна, и сон этот был таким липким и мутным, что выбраться из него получилось не сразу.