- Ты слишком сильно веришь в него… - тяжёлым тоном ответил Аполлион.
- Но Он же мой Отец, - улыбнулся Иисус.
- Ты слишком добр, как я уже говорил. Будь добр хоть немного и к самому себе…
- Если я буду тратить добро на себя, тогда кому-то его может не хватить.
- Кто тебя наделил такой пустой головой, а? Неужели за двадцать пять лет я не смог тебя ничему научить? – засмеялся Аполлион.
- Ты меня, как раз и научил всему. Благодаря тебе я такой.
- Какой ужас, что же я натворил…
- Друг мой, нам необходимо вернуться, там ещё столько людей, ждущих моей помощи.
- О да, без тебя они все сгинут и отправятся прямиком к Самаэлю, в Ад, - наиграно зловеще произнёс ангел.
- Ну, зачем же ты так? Я же знаю, что ты испытываешь по отношению к нему.
- Да, знаешь…
- И я ни в коем случае не осуждаю это. Я понимаю тебя.
- Как хорошо, что маленький человечек так понимает меня. Прям идеально! – громко засмеялся Аполлион.
Он развернулся и направился назад, к месту, где народ людской обретал благословение и излечение.
***
К тридцати годам Иисус начал спокойно ходить по воде, и тем самым заставлял людей трепетать и бубнить себе что-то под нос. Конечно, поначалу для них это было странно. Только Аполлион удивлялся их логике, ведь на божественное излечение они реагировали уже вполне обыденно, будто ничего сверхъестественного вовсе не происходило, но вот на хождение по воде у них была совершенно другая реакция. Конечно же, все якобы положительно отнеслись к этому, и стало лишь ещё больше разговоров о том, что Иисус сын Господа. Но Аполлион с каждым годом стал замечать за людьми некую странность. Всё чаще люди стали говорить о том, что Иисус, возможно, недостоин этой великой силы Господа, и было бы лучше, если бы её обладателем стал кто-то другой. Проблема заключалась в том, что, по мнению некоторых обывателей, этому миловидному и простому по своей натуре избраннику небес не хватало амбиций, он был слишком зациклен на лечении отдельных людей, хотя мог исцелить весь мир. Мир слишком многого требовал от Иисуса…
Последующие три года сын Божий путешествовал по миру, а Аполлион следовал за ним, оберегая от несчастий. По правде говоря, их было предостаточно. Сначала разбойники, которые внезапно возникали то из леса, то из дома, рядом с которым проходил Иисус, однажды они вылезли даже из колодца. Но последней каплей для ангела стало объявление одного из правителей, бездарного клочка земли, Иисуса разбойником и колдуном, который присвоил себе звание сына Господа. Звали его Понтий Пилат. Человек открыто заявлял, что Иисус лжец и обманывает народ, и за это его следует наказать по всей строгости закона. А закон этот был написан именно им…
- Я ему голову оторву, если он подойдёт хоть на расстояние пяти сотен шагов.
- Почему именно пяти сотен? – усмехнулся Иисус.
- Не знаю, так мне захотелось, - раздул ноздри Аполлион. – Я удивлён, что он не опасается меня, и, видимо, готовится к нападению на нас. Просто поразительно, насколько он всё-таки не ценит жизни своих людей, да, и свою жизнь тоже.
- Прошу, не надо превращать обычные слова какого-то неверующего в серьёзный конфликт. Со мной же всё в порядке, не так ли? – добродушно ответил Иисус.
- Я постараюсь не уподобляться глупым людишкам.
- Только учти, что я один из них.
- Поэтому и говорю, то людишки глупые, - растянул улыбку Аполлион. - Знаешь, что я тут вспомнил? Если не ошибаюсь, у тебя завтра день рождения! Ты уже будешь стар, как плуг старика Нортиона, которым он тридцать три года вспахивает поле.
- Вот уж бедный старик…Может, мы как-нибудь подарим ему новый?
- Как по мне, бедный как раз плуг, ведь его тридцать три года используют без передыха. А по поводу подарка для Нортиона, я бы предпочёл сначала позаботиться о подарке для своего друга! – гордо заявил Апполион.
- Я же не говорю, что надо подарить прям завтра. Когда-нибудь! Может через неделю, а может через месяц или и того позже…
- Посмотрим, но сейчас я подумаю о подарке для тебя, - кивнул Аполлион.
- Буду ждать.
Они сидели на одном из пустых холмов, где никто не мог их потревожить, по крайней мере, так эти двое думали.
- Аполлион! – прозвучал крик сверху.
- Малах… - нервно протянул тёмно-серый ангел. - Чего тебе надо? Не видел бы тебя столько же, сколько и до этого, а то и в тысячу раз дольше.
- Тебя вызывает Господь. Ты обязан явиться немедля!
- Что ж, тогда ты побудь с Иисусом до моего прихода, и не спускай с него глаз.
- Да, в этом и есть моя цель, - кивнул ангел-посланник.
После этих слов Аполлион немного напрягся, хотя даже сам не понял, в чём причина. Ему хотелось что-то спросить по этому поводу, но решил, что чем меньше времени он потратит на всякие пустые разговоры, тем быстрее вернётся сюда и снова будет свободен.