Абаддон понимал, что пути назад у девочки нет, теперь её жизнь будет связана с этим миром. Хотела она этого или же нет, но призыв демона не слишком обычное занятие для человека, тем более, для ребёнка, поэтому, есть определённые последствия. И их придётся принять. Даже ей.
В голове кружил момент переноса девочки в этот мир, и это было странно даже для Абаддона.
- В ней абсолютно точно не было ничего…никакой силы, - задумчиво произнёс он, вспоминая каждую секунду произошедшего.
Когда он понял, что придётся искать нечто мягкое для обустройства спального места, то решил аккуратно усадить юную Госпожу к стене, дабы она не лежала в пыли и грязи, которой здесь было достаточно, тут-то и обратил внимание на произошедшие изменения. Сейчас на её лбу откуда-то взялась довольно большая отметина в виде «галочки». Чёрно-серый цвет сильно выделялся на бледной коже и бросался в глаза. Выражение лица Абаддона изменилось, он был явно удивлён, но подумал, что мог не увидеть этого изначально. Предположение развеялось само собой после секундного размышления о том, что такого не могло произойти, ведь он разглядывал её довольно долго и с близкого расстояния, причём, не один раз.
- Госпожа, неужели твой потенциал возможно разглядеть только в этом мире? – глядя на неё, тихим, грубым голосом произнёс он.
Даймон не переставала поражать демона, ведь то, что он видел сейчас, происходило лишь однажды на его памяти. Иисус получил благословение Господа, точнее, он и был этим самым благословением. Всю свою недолгую жизнь он излучал блеклое свечение, которое не видели люди, но его сразу заметил Абаддон и наблюдал за ним до самого конца. У маленькой девочки не было этого завораживающего света, но было нечто более поразительное. Всепоглощающая тьма исходила от неё, моментами напоминая вуаль, такую лёгкую и нежную. Да, её темнота не была грубой, из которой вот-вот выпрыгнут мерзкие твари. Нет. Её тьма завлекала. Её вуаль привлекала и манила. По крайней мере, так было сейчас с Абаддоном.
- Если у Иисуса была сила исцеления, возможно, у неё будет противоположная сила…Но даже благословлённый Господом долго учился пользоваться силой. Мы должны, как можно быстрее проверить твои возможности.
Сидеть на месте, как оказалось, демон не смог. От осознания того, что эта девочка, возможно, не случайно вызвала его, а он не просто так отреагировал на зов, мозг буквально вскипал. Эта мысль будоражила разум, и не давала спокойно отдохнуть.
Абаддон не спеша шёл по крепости, которая давным-давно, к моменту окончания войны, была самым последним оплотом демонов. Здесь они укрылись, и пытались держать оборону, но всё рухнуло в одночасье. Воспоминания были яркими и болезненными, ведь над ними одержали победу не в честном бою. Сам Абаддон считал, что это было крайне подло. Сам он всегда избирал путь честной битвы, не пытаясь использовать трюки и уловки, но в последней войне их попросту задавили неожиданным количеством воинов. Мало того, что люди оказались сильнее, нежели ожидали сами демоны, так ещё и внезапная помощь в виде спустившихся с небес ангелов, которые не встревали в прошлые конфликты около семи сотен лет. Это было крайне неожиданно.
Демон медленно шёл по широким проходам. На стенах были выгравированы различные образы падших ангелов, так сказать, от мала до велика. Но, вот, кого не было ни на одной части крепости, так это Абаддона. Ему не нравились подобные почести, поэтому он попросту запретил помещать свой образ на стены.
Огромная обитель находилась прямо в горе, в той самой, в которой когда-то давно он встретился с Самаэлем после его изгнания. Бывший архангел практически не вылезал из крепости, видя в ней свой собственный трон, противоположный Отцовскому. Для Абаддона же это не имело никакого значения. У него всегда были другие цели, которые крайне редко совпадали с идеями Самаэля.
Демон разрушения приходил в ярость, когда узнавал в очередной раз о перемирии между сторонами, о том, что люди попросили демонов не нападать на них. Самаэль всегда соглашался с ними, будто бы у него была своя собственная причина на это, но о ней падший ангел никогда и ничего не рассказывал.
Абаддон и Самаэль после воссоединения не слишком-то ладили. Да, демон разрушения подчинялся своему новому господину, но не испытывал того же, что и к Иисусу, перед которым он, по сути, не нёс никакой службы, но готов был отдать всё, что у него было.