- Всё хорошо. Всё будет хорошо.
Сцепив зубы замолкает и пристально смотрит на меня. От этого внимательного взгляда меня пробирает дрожь. Спешу опустить глаза и теперь смотрю на рану. У кожнаров довольно сложное строение кисти, но сейчас эта мысль ничем не может мне помочь. Лекарств с собой, конечно, нет. Потому делаю единственное, что могу. Наклоняюсь и касаюсь его руки языком.
По телу кожнара пробегает дрожь.
- Терпи… - едва слышу собственный голос за шумом крови в висках. Осторожно обрабатываю края раны. Потом отрываю полоску ткани от подола своей блузки и заматываю ему кисть. Только бы не перелом…
Немного разобравшись с перевязками, перевожу дыхание и прислоняюсь спиной к каменной стене пещеры, где мы оказались. Оглядываюсь по сторонам. Снаружи течёт река, но, кажется, узкая дорожка ведёт вдоль берега между потоком и отвесной скалой. Выбраться отсюда можно, но что потом?
Касаюсь пальцами именного амулета, который спрятан под блузкой. Всё в порядке, амулет активен. Дома знают, что я жива, и должны начать поиски. Если, конечно, они там все скопом не хотят отправить меня на тот свет… Вряд ли так уж все. Кто-нибудь наверняка задумается о том, куда я пропала. Вот только кто?
И зачем вообще в меня стрелять? Аяна только что умерла. Вторая смерть спустя такое короткое время обязательно вызовет подозрения в Совете Леди. Если только Совет тоже не заинтересован в том, чтобы меня убрать… Ладно, это уже паранойя.
Как младшая сестра я наследую за Аяной. Задумываюсь. Кто наследует после меня? Лорелей?
Даже не знаю, насколько правдоподобно, что она в этом замешана.
Менея? Ну не такая же она дура, чтобы ради наследства убивать меня почти что собственными руками…
- Ладно, как только вернёмся домой – разберусь, - не замечаю, как произношу в слух. И стоит мне выдохнуть пару слов, как грудь разрывает кашель.
Краем глаза замечаю, что Заяр с беспокойством смотрит на меня. Тянется помочь. Только чем тут поможешь?
- Эгле?.. Госпожа?..
Качаю головой.
- Не умру, - выдыхаю я и, кашлянув, в последний раз задерживаю дыхание, давая горлу успокоиться. Оптимистичный прогноз…
- Ты замёрзла.
Заяр встаёт и присаживается на корточки надо мной.
- Я разожгу костёр.
С сомнением смотрю на него.
- Одной рукой?
- Соберу хвороста. У тебя есть печать для огня?
Киваю, чтобы не тратить дыхание.
Заяр поднимается и направляется к выходу.
С беспокойством смотрю ему в след. Хочется попросить: «Только не пропадай…»
Но я берегу дыхание. И собственное достоинство. Никуда он не уйдёт. У него печать.
***
Заяр возвращается через полчаса. В руках у него в самом деле ворох валежника. Пока я сижу, прислонившись к стене, и борюсь с ощущением, что меня катают на виверне, он умело складывает растопку колодцем и оборачивается ко мне.
Киваю, подползаю к нему и черчу в воздухе печать.
Ветки с треском загораются. Я не сразу чувствую ползущее от костра тепло. Его всё равно слишком мало. Рубашка промокла насквозь. Я бы её сняла… Но даже не знаю, будет ли лучше, если я останусь голая на ветру.
- Если хочешь, я поищу еду, - предлагает Заяр искоса глядя на меня. Опускаю взгляд на его рану, перемотанную куском моей блузки. Битый небитого везёт… - Всё в порядке, - поспешно говорит он.
- Я сама…
Поднимаюсь на ноги, и тут же едва не отправляюсь в полёт.
Заяр успевает подхватить меня на руки и осторожно опускает обратно на землю.
- Грейся, - твёрдо говорит он. – Я скоро вернусь.
Не остаётся иного выбора, кроме как выполнить приказ…
Заяр
Говорят, что большая часть змей умирает от простуды, не дожив до восемнадцати лет…
Я бы этому в жизни не поверил, если бы не видел сейчас сам.
Здесь не так чтобы холодно. Без рубашки я чувствую себя вполне бодро. А девочке хватило один раз промокнуть, и уже жар…