- А Аяну он голой не видел? – только и могу огрызнуться я.
- Если и видел, то никто об этом не знал.
На это мне возразить нечего. Оглядываюсь на Заяра, пытаясь понять, будет ли бунт. Наложник – завидный статус. Но вряд ли он воспринимает его именно так. А я… я просто предпочла бы побыть свободной девушкой ещё двадцать… тридцать… Лучше, пятьдесят лет.
В отчаянье смотрю на Лорелей.
- Ему нужен врач или нет? – раздражённо спрашивает она и тут же добавляет: - Мне это нравится не больше, чем тебе. Представить себе не могу большего позора для дома чем наложник-кожнар.
Молчу. Я, кажется, представить могу. Любовник-кожнар. Вот это для моей репутации цветочек лучше некуда.
- Хорошо, - устало соглашаюсь я. – Пусть обработают рану, сделают всё необходимое и приведут его ко мне.
- Тебя ожидает Нарвей.
- Я знаю! И я отдала приказ! Выйду к ней, как только смогу.
***
Не могу отказать себе в удовольствии погрузиться в горячую воду на десять минут. Но пока я лежу в ванне, а младшая сестра подливает мне кипяток, мысли то и дело возвращаются к кожнару.
Там, в пещере, у него была почти что полная власть надо мной. Особенно в первую ночь, когда у меня поднялся жар. Он мог порвать рубашку на ленты и связать меня. А мог позабавиться со мной так же, как с ним забавлялась сестра.
Он ничего не сделал…
И теперь, оставляя его на волю заботливых ручек Лорелей… мне кажется, я его предаю.
У мужчин на Жемчужном берегу достаточно возможностей – особенно в городской среде. Там права почти равны, потому что среднему сословию важнее ум и надёжность в работе, чем разные виды условностей. Понятно, что и в деревнях они весьма ценятся. А вот среди аристократии всё обустроено более традиционно… Мужчина может быть рабом, нанятым слугой, наложником или мужем. С рабами всё понятно – если они попали в рабство законным путём, как Заяр, то никто и ничего им уже не должен. Границы их использования – только на усмотрение госпожи. Ими украшают вечеринки, угощают подруг, используют для тяжёлой работы и не слишком обращают внимание на уровень смертности.
Нанятым слугой в богатом доме редко может стать мужчина без происхождения – к этой категории относятся адъютанты, личные слуги и пажи. Обычно их подбирают из других уважаемых семей статусом не ниже дома, который ищет слугу. Из своей младшей родни брать слуг – дурной тон. Выдаёт нежелание отдавать сына или племянника в большую жизнь, и мужчину, который не имеет опыт слуги в другом знатном доме, вряд ли будут уважать, на его репутации это всегда будет пятном. Слугами непринято пользоваться «в том самом» смысле. Это ещё более неприлично, чем держать при себе племянника. В конце концов – мужчин много, и выбор велик, так что зачем портить колодец, из которого пьёшь?
К наложникам нет никаких официальных требований в смысле их происхождения. Богатая леди может взять в гарем хоть крестьянина. Если требования хорошего вкуса, которые диктуют уважаемой госпоже иметь хороший, красивый, ухоженный гарем, состоящий из драгоценных «мальчиков». Их не обязательно использовать, но уж если использовать – то их. Единственное прямое обязательство госпожи по отношению к гарему – предоставить кров и еду. Однако гарем вообще весьма полезная в свете вещь, это понимаю даже я. В гарем входят танцовщики и музыканты, которые станут развлекать гостей не только телом, но и своим искусством. Богатство и разнообразие гарема подтверждает образованность и просвещённость госпожи. Делиться наложниками не принято, если только с самыми близкими подругами. Хотя здесь есть нюансы. Ведь кто не захочет стать ближайшей подругой такой, как леди Нарвей?
Есть ещё «муж» количеством до трёх штук. В большинстве случаев «муж» - это просто родовой союз, хотя учитывая, что их три, одного можно выбрать и на свой вкус. Однако муж – это уже явные обязательства. Его не отселишь на мужскую половину.
Если в целом назначение мужчин на ответственные должности не приветствуется – считается, что они безалаберны и ненадёжны – то мужья часто становятся управляющими, руководят охраной или производством в городе. Я бы никогда не доверила свою охрану мужу… Но у меня, впрочем, и нет мужей. Мамины живут далеко-далеко, Аяна благоразумно раздала им должности подальше от себя. Собственных мужей она не завела. А вот гарем у Аяны был.