Врожденные интеллектуальность и способность к тонким ремесленным навыкам у евреев развились не по прихоти, а из необходимости выжить, найти кров и пропитание в условиях постоянного пребывания в изгоях. Лишенные собственного государства евреи сделали много, чрезвычайно много для развития государственных человейников, основанных другими народами. Относительное уравнение интеллектуального потенциала евреев с другими народами произошло только к концу двадцатого века.
Объективной тенденции к конвергенции, слиянию и взаимному обогащению интеллектуальных, эстетических и ремесленных способностей различных этносов, населяющих европейский человейник, не смогли противостоять ни ксенофобия, ни расовая идиосинкразия, спровоцированные властителями стран и лидерами иудейской диаспоры. Будем честными: параноиков и хищников хватало с обеих сторон. Одни науськивали погромщиков на «чужаков», а другие сознательно блокировали эмансипацию и смешение своих подвластных.
Потеряв родину, евреи в идеосфере преподнесли миру такой «подарок», который мир переваривает до сих пор, — христианство, ставшее одной из трех мировых религий и послужившее основой для формирования идеократии в западноевропейском государственном человейнике.
Не станем указывать на спорность Евангелия как исторического источника. Три года мессианства Христа описаны четырьмя евангелистами спустя многие годы после его смерти. Остальные жизнеописания, включая детство, отрочество и юность, являются продуктом творчества христианских идеократов. Римские хроники хранят молчание о происшедшем в Иудее при правлении прокуратора Понтия Пилата. Иосиф Флавий, еврейский историк, тоже не упоминает о Христе. Как не признают его святости и даже ставят под сомнение сам факт его существования ортодоксальные иудаисты.
Признаем научным и достоверным фактом, что те, кто верит в Иисуса Христа, уверены, что он родился, жил, казнен и воскрес из мертвых на Синайском полуострове, в Иудее и был евреем из колена Давидова. Верят настолько, что в святом раже могут с топором в руке требовать от еврея ответа на вопрос: «За что жиды нашего Христа распяли?»
Как ни странно, но в этом вопросе расового параноика сокрыто самое важное в христианстве, родившемся из ереси ортодоксального иудаизма. «Наш Христос»! Ни иудей, ни эллин, но наш, свой, кровный родственник. Сразу же вспоминается киплинговское «Мы с тобой одной крови: ты и я!»
Христианское мировоззрение по своей глубинной сути было родовым и только поэтому стало массовым. Без фундаментальной установки духовного родства и равенства перед миром и Богом всех, кто разделяет это мировоззрение, христианство не имело бы никаких шансов на успех, какими бы жестокими мерами его бы ни вколачивали в головы и души подвластных.
Христос, как его преподносит христианство, ничем не отличается от верховных родоплеменных богов, прошедших цикл смерти и воскрешения как символ цикличности рождения и смерти всего живого в природе. Очевидно, базовый индоарийский миф, ставший основой религии глобального родового человейника, в период формирования первых государственных человейников распался на отдельные мифы, которые легли в основу государственных монотеистических религий.
Куда бы ни приходило христианство, с мечом или с крестом, после недолгого сопротивления «христианизируемые» народы сменяли свои родовые культы на насильственно устанавливаемый. Во многом потому, что несмотря на чуждый язык новой веры она по-своему пересказывала базовый индоарийский миф. Это и было основой компромисса между язычеством и христианством. Версия, достойная внимания исследователей истории религии.
Многое в Евангелии указывает на то, что Иудея находилась на грани идеологической, религиозной революции. В мире шел объективный процесс перехода от родового к государственному типу человейника. Народы и этносы, не сумевшие создать собственную государственность, были оттеснены на задворки цивилизации или влились в чужие государственные человейники. Иудея, имея все признаки государства, поклонялась собственному родовому богу — Ягве. При всем уважении к чужой вере нельзя не отметить, что бог Ягве — не совсем симпатичный персонаж и имеет мало общего с индоарийским богом Вседержителем и Творцом.
Нет ничего удивительного, что мессия, которого ждали иудеи как избавителя, стал проповедовать, по сути, индоарийскую веру. Принятие ее открывало путь к ассимиляции замкнутого родового религиозного сообщества в складывающуюся систему государственных человейников. Но Триада Власти древней Иудеи поступила так, как поступали до нее и после нее все. Триада Власти держалась за власть до тех пор, пока не рухнуло все.