— Пойдём. — Слабый я, раз плачущая девушка легко может меня уговорить. — Пойдём, и ты мне расскажешь, с чего это этим гоблинам в голову стукнуло к тебе пристать.
За водой я всё же сходил, на улице уже никого не было, а ведро одиноко валялось на том же месте. Дав слово, что искать обидчиков не буду, еле уговорил Мелти подождать в комнате.
Вернувшись, заставил её умыться в ведре, потом, отправив в комнату, умылся сам. Помыл руки, смывая кровь с разбитых костяшек. Завтра к вечеру всё заживёт, не в первый раз, но сейчас раны немного саднили. Надо бы себе простую лечилку приобрести, уж пять золотых на такое дело можно выделить. Или попытаться самому сделать, я же почти артефактор.
— Рассказывай. — Когда я вышел из туалета, увидел, что Мелти сидит на кровати слуги, пристально меня рассматривая. — Чего ты так на меня смотришь?
— Я очень испугалась, когда у тебя глаза засветились. — Она сказала это не со страхом, а с каким-то ожиданием чуда. — Это артефакт такой, да? Для ночного зрения?
— Да, это артефакт. — Согласился я с такой версией. — Так что случилось-то?
— Ну, я вышла от тебя, а они там.
И замолчала, словно это и есть весь рассказ.
— «Там» — это где?
— В коридоре. — С такой интонацией, словно я и сам должен был догадаться. — Один из них сразу же пошутил, что ты меня выгнал, что теперь у тебя будет другая девушка, а я плохо старалась.
— Пошутил? Странные шутки.
— Они же пьяные. — Отмахнулась она. — Я вышла, а они за мной. Окружили и спрашивают, за что ты домой отправил свою девушку. Я и говорю, что вообще-то я теперь не твоя девушка, а сеньора Штрульца.
— И что они в ответ? — Кажется, авторитет артефактора тут не очень, если его имя не способно защитить девушку от приставаний каких-то неадекватов.
— Они сказали, что девушек сеньора Штрульца они очень любят и понимают, почему ты меня выгнал. Один сразу меня за грудь ухватил, я его ударила. А он меня в ответ тоже ударил.
А вот эту информацию она придержала зря. Сейчас я начал жалеть, что не прибил тех троих.
— Они стали лезть мне под платье, я хотела закричать, но мне зажали рот рукой. — Продолжала Мелти, не замечая моей вспыхнувшей злости. — А потом появился ты с горящими в темноте глазами. И всех побил.
— Кто из них тебя ударил? — Зло прищурился я. — Ты почему это мне сразу не сказала?
— Я не помню. — Несмело и неумело соврала она. — Ганнидар, ты же уже успокоился, да? — Она всмотрелась в меня. — У тебя глаза нормальными стали.
— Тут светло, вот я и отменил заклинание. — Отмахнулся я, как от чего-то несущественного. Кстати, чего я раньше не додумался до такого объяснения? — Ты зря их защищаешь, они же потом могут повторить это с какой-то другой девушкой. Ты понимаешь, что у той защитника может не оказаться?
Но Мелти упрямо сжала губы, и я решил отступить. Тем более, успокоился уже, хорошая драка позволила выплеснуть всё накопившееся раздражение на бездарно потраченный день.
— Ты домой пойдёшь или у меня ночевать останешься?
Мне надо помедитировать по новой методике, да питомца покормить. Сегодня она не пьяная тут спит, а трезвая и любопытная. Будет лишним свидетелем, особенно, если паука увидит. Да и книги с тёмными заклинаниями при ней не почитать.
— Можно, я тут останусь? — Несмело попросила она. — Я боюсь в темноте идти.
— Я бы тебя проводил. — Ответил я, понимая, что причина у девушки в другом. Она всё ещё думает, что я пойду разыскивать этих троих. — Ладно, оставайся.
Свои стандартные ежевечерние процедуры пришлось сократить. Я посидел в медитации, но питомец у меня остался голодным. Ничего, потерпит, он в состоянии анабиоза энергию почти не тратит.
Спал я плохо. Почему-то мне снова снилось, что я парень, который раньше обитал в этом теле. Меня снова захватывали в плен, снова надевали на меня ошейник. Проснувшись среди ночи, я понял, что меня крепко обнимают и гладят по голове.
— Тише, тише, всё хорошо. — Ласковый шёпот девушки действительно успокаивал, тем более что голая немаленькая грудь, к которой была прижата моя голова, навевала совсем не тревожные мысли. Почувствовал, что и тело проснулось.
— Ты чего тут делаешь? — Шёпотом спросил я девушку. Бельё местное население, за исключением благородных, не носило, так что девушка оказалась со мной в постели совершенно неодетой. А учитывая моё вынужденное долгое воздержание, это принесло определённые неудобства.
— Ты очень кричал. — С беспокойством в голосе, ответила она. — Плохой сон, да?