- Но как...
- Разумеется, это запрещено. Но так как среди нас - тех, кто захотел того, чтобы ты оказалась здесь - есть весьма властный Вещатель, провернуть это было проще простого.
Захотел? Что она имеет в виду?
- Не подумай, что я хвастаюсь, просто тебе следует знать: одного из ныне существующих синнеров... готовила к Греховным Игрищам именно я. - Глу так и отвесила челюсть. - Вот почему все мы решили, что я - наилучший кандидат в твои тренеры.
- Погоди, погоди, - заерзала грешница. - Что значит «мы»? И почему ты говоришь, что кто-то хотел моего участия? Разве я здесь не потому, что добродетель...
- Нет, - тут же перебила ее Додож. Затем затянулась и выдохнула лебедя. - Знаешь, мне вообще-то запретили тебе говорить об этом, но, как я считаю, это необходимо. Ты должна быть осведомлена - дабы все прошло максимально успешно...
Глу насторожилась и приготовилась слушать.
Вещательница сделала еще одну затяжку и загадочно протянула:
- Уж извини, но ты была допущена к турниру только потому, что мы увидели в тебе способ осуществления наших личных целей.
- !
Глаза Глу превратились в два больших мандарина. Да что тут происходит?!
Глава 45 - Карты раскрыты. Специальная тренировка начинается!
Ну а теперь настало время вернуться к тому месту, где состоялся первый разговор между Птолемеем Бледнокрылым и Псатри Бледнокрылым на тему пересмотра приговора Глу Шеридьяр, и раскрыть читателю отрывок, который был утаен прежде.
- А теперь позволь, - сказал Птолемей, когда его брат наотрез отказывался всерьез прислушиваться к его словам, - рассказать тебе еще кое-что. Уж это-то окончательно убедит тебя в том, что Глу Шеридьяр не должна быть казнена.
Псатри кивнул и, как и подобает актеру-неумехе, прогундосил:
- Вот те на...
Второй Вещатель выдержал напрягающую паузу и молвил:
- Соуллайн. Она и Гори Водяной - ее демон - на мгновение сумели слиться в нем.
- Ты... шутишь?
- Определенно - им удалось сплести настолько прочную связь, что войти в этот режим составило для них едва ли хоть чуточку труда.
- Надеюсь, ты клонишь не к той глупости, о которой я думаю. Соуллайн, в теории, могут освоить все. Однако использовать его можно лишь единожды в жизни. Да и то на пару минут. Но ты ведь задумал пропихнуть эту девчонку в Греховные Игрища, я прав?
- Это очевидно.
- Сомневаюсь, что это хорошая идея, - не очень убедительно (впрочем, как и всегда) усомнился Псатри и покачал своим гребнем. - Вот если бы мы нащупали связь между ней и ее демоном до того, как они слились, можно было бы порасчитывать...
- Брат, - уверенно перебил его Птолемей, - между этими двумя возникло такое единение, какого мне еще нигде не доводилось встречать. Даже среди самых древних баек Хэллинга тебе не сыскать мифа, повествующего о том, что человек и демон могут полюбить друг друга, точно представители одной духовной расы. Это невозможно.
- Однако нашим голубкам это оказалось под силу. Так?
- Представь только себе: ее демон (Птолемей вспомнил сцену, в которой Гиорова рука едва не выбила из Глу душу, но в решающий момент была перехвачена)... собирался напасть на меня, когда почуял, что я рядом. Несмотря на смирение грешницы. Несмотря на свой до ужаса низкий уровень силы. Он не смог убить ее. И, сам того не осознавая, попытался спасти.
Брови Псатри едва заметно вздернулись.
- Любопытно...
Как оказалось, Ватер Гиор вовсе не планировал заканчивать процедуру извлечения души из доверенной грешницы - собственноручно лишить жизни свою единственную подругу было вне его сил. Но что самое удивительное - тот его замах (который, думалось, предназначался для Глу) был не чем иным, как сокрытой атакой, направленной на приближающегося Вещателя. Вот так Гиор! Интересно, что бы Глу сказала, узнай она об этом? Неважно, что он и сам не понял, что собиралсясделать - все сработало инстинктивно, - для Гиора это было и без того ни с чемне сравнимым достижением.
- Это говорит только об одном, - подводил итог Птолемей, - Горя Водяной и Глу Шеридьяр - самый непредсказуемый дуэт из всех, что когда-либо принимали участие в Греховных Игрищах. Разумеется, по отдельности они ничего не могут. Однако в совокупности...
Псатри криво и ненатурально усмехнулся и спросил:
- Ты думаешь о Додож?
- Да, о ней. Сестра, безусловно, сможет вылепить из них победителей. - Птолемей отвернулся и с минуту помолчал. - И тогда, наконец...