Все бандиты тут же завозмущались. Оскорбления камнепадом посыпались на Глюка.
- Прикрой свою пасть, щенок, пока мы за тебя не взялись!
- Босс - наше все!
- Не смей говорить, что ему на нас плевать!
Ибрахим же стоял - недовольнее всех. Точно бык узрел перед собой красную тряпку.
- Успокойся, Глюк, - окликнул того верзила. - Ни к чему эти разговорчики.
Но бандит не собирался умолкать. Должно быть, серьезно его задело недавнее бахвальство Ибрахима.
- Вот почему мы без толики страха пожаловали в гости к самой ужасной банде в городе. Нет ведь у вас, кроме лидера, никого толкового. Мало кто знает об этом. Имя Базы сделало вам репутацию. Да я тебя одной левой уложу! - адресовано было Ибрахиму. Но тот был явно не согласен с этим заявлением.
- Эх, Глюк разозлился не на шутку, - вздохнул было парень в кепке, что из банды Красавчика.
- Не любит ведь выпендрежников, - согласился верзила. - С ним лучше драться молча.
- Это точно...
Но тут всем пришлось заткнуться - внезапно Ибрахим заорал что было мочи:
- Закрой рот!
Глюк и умолк - но скорее от неожиданности. Врага его будто бы разорвало.
Дальше он говорил уже тише:
- Да, может, это и так: босс особо о нас не печется. Но... - И опять взорвался: - Как ты посмел называть моих товарищей сбродом?!
Тут-то все дружно и опешили: и бандиты Базы, и Ро, но в первую очередь - сам Глюк. По правде сказать, он был как пить дать уверен, что Ибрахим не выдержит и рванет доказывать, что он действительно чего-то стоит - мол, никто не смеет сомневаться в его способностях. В крайнем случае, начнет нелепо заступаться за своего, якобы оклеветанного босса.
- Это не мы присоединились к банде Базы, - заканчивал Ибрахим. - Это он стал нашим боссом!
И бросился в атаку. Наконец.
Выйдя из замешательства, Глюк вновь нахмурился, закричал и ринулся в ответ.
Шмяк! - и Ибрахим с грохотом и стонами укатился вперед. В этот раз ему не удалось уйти от плачущего кулака.
Но как только он остановился, тут же закряхтел в попытке подняться на ноги и продолжить схватку. Пусть и не с первого раза, но он все-таки встал.
Да, боль от подобных ударов усиливалась в десятки раз. Еще бы - Ибрахим едва волочил ноги, не говоря уже о невыносимом покалывании в груди.
- Никто не смеет оскорблять моих товарищей... - бубнил он по дороге. - Думай о нашем боссе что хочешь, но не смей... Не смей...
Бандиты Базы тем временем стояли - и не могли сообразить, как же им вести себя дальше. Опять зубоскалить и плеваться бранью? Или выкрикнуть что-нибудь вроде «Спасибо за теплые слова»? Честно признаться, всех поразила такая агрессия в ответ на то, что кто-то их вскользь оскорбил. Конечно, они и так знали, что Ибрахим - человек общительный: он помнил всех членов банды поименно; каждому хоть раз, но занимал немного денег на выпивку; буквально с каждым определенный промежуток времени общался плотнее, чем со всеми остальными - и таким образом знал все обо всех. До сих пор его считали просто веселым парнем, любившим присесть на уши. Никто и не пытался понять, что у него действительно было на душе.
И потому все сейчас решительно недоумевали.
- Давай, Ибрахим! Надери зад этому недоноску! - внезапно раздалось где-то в толпе.
Все тут же покосились на закричавшего парня. Как только он привлек достаточно внимания, осуждающе обратился к остальным:
- Ну и чего вы стоите бревнами? Испугались, что ли, этого парня?
- Чего пугаться-то его? Он же слабак! Да Ибрахим его одной левой... - прорычал кто-то недовольно.
- Вот и я о том же!
- Завали этого молокососа, братан!
И пошло расти как на дрожжах. Уже через несколько секунд все верещали так громко, словно теперь их стало вчетверо больше.
Ибрахим ответил своей фирменной улыбочкой, которую никому не показал, и продолжил ковылять вперед.
С довольным видом Глюк подождал, пока противник подойдет достаточно близко - весь его гнев внезапно куда-то перекочевал - и сказал только:
- Сейчас все закончится.
- Не зазнавайся, - ухмыльнулся в ответ Ибрахим.
И оба бросились друг на друга.
Где-то вновь зарыдал младенец, тело вдруг обмякло, и Глюк нанес бандиту свой заключительный удар. Однако - и сам умудрился схлопотать по роже. Качнулся взад-вперед, утер щеку; Ибрахима же заставил покатиться по твердой площадке, на которой проходил бой, на десяток метров вперед - прямиком в буйную толпу.