Глава 33 - Истинная участь
Через некоторое время Гиор наконец откопал в себе силы полуобернуться и хотя бы мельком взглянуть на того, встречи с кем он боялся больше, чем Базу в его наихудшем расположении духа. Как и предполагалось, лицезрение ужасного Вещателя пошло демону далеко не на пользу - он так и застыл с повернутой головой и разинутым ртом.
Новоприбывший был довольно-таки высокого роста - раза в два выше, чем Глу или Ватер Гиор. Имел чрезвычайно тощее, белое как мел тело, суженное в талии настолько, что даже самые именитые балерины бы ему позавидовали. На его бедрах сидела изорванная тут и там серая накидка, державшаяся на массивном позолоченном поясе. Торс же его оставался непокрытым. Связка из разноцветных стальных бусин обвивала его поясницу и крепко поддерживала какую-то огромную, обделанную железом книгу.
Щеки Вещателя глубоко ввалились внутрь, а темный ореол вокруг его больших затуманенных глаз создавал впечатление серьезного-серьезного недосыпа. Черные длинные волосы назойливыми прядями лежали на его вытянутом, будто бы мертвецком лице и на широких костлявых плечах.
Даже Глу, таращась на его высоченную фигуру с задранной головой, не могла скрыть откровенной неприязни - ее губа невольно искривлялась, а глаза никак не хотели становиться меньше апельсина.
- Гор-р-ри Водян-н-ной, - с серьезной заикой начал отчитываться Гиор, как и подобает рабочему демону, - исполняющий д-дело по г-грешниц-це первого...
- Не нужно, - перебил его Вещатель. И посмотрел на Глу. Та морозом на коже ощутила его взгляд. - Глу Шеридьяр... Отлично... - досказал он и зачем-то приставил к виску палец - длинный и тонкий как карандаш.
К слову, его замогильный голос не только мурашками все тело покрывал, но и в буквальном смысле заставлял зябнуть от ледяного страха.
Наконец он отнял палец от головы и вроде бы довольно заключил:
- Пока все правильно...
Затем палец другой руки сунул между страницами своей не иначе книжищи, поковырялся там недолго и, вытащив обратно, направил его на Глу, как пистолет. На кончике теперь блестел маленький ярко-красный шарик.
- Не бойся, я не причиню тебе вреда, - сказал Вещатель - и выстрелил. Глу успела лишь головой мотнуть, когда таинственная крохотная пулька пробила ее грудь насквозь. Порванная нагрудная ткань обвисла и теперь едва прикрывала ее розовые бугорки.
Гиор стоял с проглоченным языком и не мог сдвинуться с места. То же было и с его подругой. Она буравила взглядом пространство перед собой и все пыталась сообразить: что же произошло? Ее атаковали? Но тогда почему... ничуточки не больно?!
Глу опустила голову и уставилась на дыру в груди. Странно - нет и крови. Будто бы она была бездушной резиновой куклой, и ее продырявил шилом какой-нибудь вредина-сопляк - самой ей хоть бы что, и больно только девочке-владелице.
По-настоящему запаниковали Гиор и Глу, когда Вещатель снова ткнул себе пальцем в висок, и прореха на теле девушки начала расти, постепенно поедая ее. Так, уже через каких-то четыре секунды от нее ничего не осталось. Глу буквально растворилась в воздухе. Судя по тому, что она совсем не кричала, а лишь ошарашено вертела головой, больно ей не было.
Однако... что же, черт возьми, случилось?!
Вещатель опустил руку, закрыл глаза и медленно обернулся к демону:
- Возвращайся в Хэллинг, - сказал он ему. - И жди. Скоро за тобой придут. - Затем, не дожидаясь ответа, отошел на пару шагов, поднял глаза на звезды и... взмыл вверх навстречу луне! На его, казалось бы, ровнехонькой спине внезапно выросли два большущих уродливых крыла - то были скрюченные кости, обтянутые какой-то жировой дырявой простыней, - и он за один взмах расстался с землей метров на десять.
Вот второй взмах - и Вещатель уже достигает облаков.
Третий - и он исчезает...
...на четвертом небо вдруг окрашивается в красный, и перед ним вырастает невообразимо огромная цилиндрическая конструкция темно-зеленого цвета. Что лежит у ее основания - не видно: полотно из множества черных облаков (не туч, а именно облаков; тучи не имеют привычки натираться углем) закрывает обзор. Но Вещатель вниз даже не смотрит. Он невозмутимо подлетает к таинственному зданию, к одному из больших двухметровых зеркал, коими оно покрыто от макушки до фундамента, и зависает перед ним.
Страшно подумать, что было бы, освещай этот мир земное солнце - не то что приблизиться, даже просто взглянуть на эту постройку пришло бы в голову лишь самоуйбице; благо здесь, в Хэллинге, светит одно только багровое небо - звезде под головой тут бы мало кто был рад.