Место, в котором она очнулась, походило на гигантскую птичью клетку. Правда вместо решеток обозначали границы массивные каменные колонны в древнегреческом стиле - и пройти между ними не составило бы труда даже самому внушительному толстяку. Да только кто бы решился? Ведь там, за пределами этого сооружения, куда ни глянь, глаза натыкались на одну и ту же картину - безграничное белое ничто, единственными обитателями которого были клубы светло-серого дыма, кружащие в медленном танце.
Следом девушка перевела любопытный взгляд на центр монотонного днища сего «птичника» (саму же ее положили ближе к краю). Диаметром в десяток метров, прямо посередине вытянулась овальная впадина, заполненная доверху водой - хрустально чистая водичка идеально сливалась с полом, и невнимательный гость обязательно бы ступил на нее и к превеликому удивлению плюхнулся бы с головой.
- Как странно. На ад не очень похоже, - тихо сказала Глу. И затем посмотрела наверх.
Куполовидный потолок украшало чье-то изображение. Рассмотреть лицо и фигуру неизвестного было невозможно - рисунок был полностью выкрашен в черный. Но для общего представления хватало и контура. Человек на фреске (или вовсе не человек?) по-божьему раскинул руки в стороны и невидимым взглядом смотрел на Глу. Вокруг его тела змеились толстые цепи, а из-за спины выглядывало огромное лезвие диковинной косы. Длинная грива всклокоченных волос придавала еще больше харизмы его персоне.
А впрочем, черным он был не целиком - в самом центре, чуть ниже его груди, поблескивал серебром точно такой же символ, что был и на майке Глу.
Медленно отступая назад, Глу зачарованно рассматривала величественную фреску и не заметила, как подошла к самому обрыву и спиной уперлась в белую колонну.
- Интересно, что же это за тип? - бросила вопрос она в пустоту.
- Могущественный Мсье Сатана, кто же еще? - ответили ей.
- Да? Хм, интересно...
Ей потребовалось еще несколько секунд, чтобы наконец сообразить, что кроме нее здесь никого нет - и ответить ей, собственно, некому. Но тут же напрашивался проблемный вопрос: тогда кто же брякнул сейчас у нее за спиной?
Глу резко обернулась и предусмотрительно отбежала на пару шагов (что получилось у нее не очень быстро - бодрости-то в теле никакой).
- Только прошу - не реви. Проронишь хоть слезинку, и я тебе тут же наваляю. Плакс я на дух не переношу, - раздраженно отчеканила та самая коротышка, что появилась не пойми откуда и не пойми зачем. - Бу-бу? - ткнула она пальчиком в сторону Глу.
Так как Глу не привыкла разговаривать с летающими лилипутами (которые к тому же и бубукают зачем-то), она некоторое время не могла вымолвить ни слова.
Недалеко от ее клетки парила в воздухе маленькая, ростом с пивную бутылку, девочка. Наряжена куклоподобная малышка была в кожаный костюм черно-красной расцветки и сапожки. На голове у нее сидел самый настоящий миниатюрный шлем, какой в древности обычно носили русские богатыри. Шею ее укутывал длиннющий красный шарф, длинней самой девочки, по меньшей мере, в пятнадцать раз.
- Чего язык проглотила, а? - Малявка сердито сложила руки на груди. - Скажи чего-нибудь уже!
И Глу послушно выдавила:
- А ты еще... кто такая?
Девочка удивленно вильнула бровью:
- Так тебя что, не предупредили? Ох, очередная проблема на мою голову... Эти Вещатели последнее время совсем обленились. Ладно, сейчас растолкую, - ленно растянула она последние слова и закатила глаза. - Место, в котором ты находишься - комната ожидания. Все грешники первого класса отбывают здесь свои последние деньки перед окончательным вынесением приговора. Бу-бу?
Глу задумчиво сощурилась, точно ей задали задачку по высшей математике:
- Что еще за «бу-бу»?
- «Поняла?» - вот что это значит. Бу-бу?
Глу лишь скорчилась по-дурацки и промолчала.
Девочка продолжила:
- Так как всех грешников первого класса в итоге ждет то, чего даже врагу не пожелаешь, многие из них не выдерживают и сходят с ума от страха еще до того, как приговор будет исполнен. Вас не специально держат здесь некоторое время. Просто вся эта возня с бумажками, документация и прочее не позволяют быстро расправиться с вами.
Глу только сейчас заметила, насколько смешной у малышки был голос - ей-богу, как у мышонка, - и оттого весело заулыбалась.
- Вот Плюфки - демоны вроде меня - и работают здесь сиделками. Такая у нас обязанность: разговаривать с вами и утешать чем возможно. Но запомни: твои сопли жевать я не собираюсь. Ненавижу трусих! Так что даже не вздумай мне тут разрыдаться! Бу-бу?
Она с такой живостью пропищала последние слова, что Глу не удержалась и громко рассмеялась. Лицо девочки тут же залилось краской от гнева: