Одно лишь скажу: те, чья речь прозвучит далее, имеют едва ли не самую высшую власть в этом ужасном мире и занимают почетное второе место в демонической иерархии после Мсье Сатаны.
Первым подал голос тот, что сидел с правой стороны, прямо напротив глаза:
- Умеет же Златокрылка поднапрячь! - недовольно забурчал он. - Озадачила таки нас своей грешницей. Вот что теперь прикажете делать с этой проблемой? М-мм?
- Действительно, - подхватил второй, - ситуация неоднозначная. Пусть эта Шеридьяр и первоклассная, ее последняя драка в мире людей повлекла за собой пренеприятные для нас последствия - девушка обзавелась косвенной добродетелью, и теперь мы ну никак не можем казнить ее так просто.
- Но и помиловать ее нельзя ни при каких обстоятельствах, - вставил третий.
- Мы должны придумать что-то, что выглядело бы как поблажка для нее. Но вопрос в том, возможно ли сочинить настолько прозрачную фору, чтобы и ей было хорошо, и мы с ней в итоге расправились.
И дружно призадумались.
Прошло минут пять.
- Хм. А может, подарить ей еще одну неделю жизни? - предложил кто-то. - Пусть напоследок насладиться всем, что...
- Нет! - грозно перебил его Вещатель, который сидел у торца зауженной части стола. - Чем ты думаешь? В человеческий мир ей дорога заказана. Она скорее в рай попадет, чем вернется на Землю! Таков закон!
- Ну тогда...
- И об этом можешь забыть! - громче прежнего возмутился он. Видать, проблема серьезно его волновала. - В Хэллинг грешникам первого класса также запрещено совать нос! Единственное место, где ее можно держать, это комната ожидания. Да и там не больше двух человеческих дней. - Затем помолчал немного - и подытожил: - Все куда сложнее...
- Послушайте, - обратил на себя внимание следующий, - почему бы нам просто не покончить с ней втихаря? Разве настолько велик риск сбоя?
Любитель громких споров снова подключился:
- Мы не знаем, какой величины осколок добродетели остался в ее душе после того, как она одолела Базу. Но если вдруг планка окажется выше допустимого, небытие выплюнет ее обратно, и тогда катастрофы не миновать... Не будь все так серьезно, мы бы не сидели тут и не ломали головы!
- М-да. Прости, действительно глупость сморозил.
- И я хочу, чтобы все уяснили: времени у нас мало. Поэтому перед тем, как отвлекать остальных, хорошенько обдумайте то, что скажете. Уж лучше промолчите, если не уверены в адекватности своей мысли.
Следующие полчаса Совет не издавал ни звука. Все погрузились в глубокие раздумья и недвижно следили за тем, как дергался зрачок у настольного глаза. За это время, наверное, у каждого из присутствующих возникло по две-три идеи, однако стоило подумать еще немного, и становилось понятно: одно противозаконно, другое невозможно, третье совсем уж безумно.
Прошло еще двадцать минут, но никто по-прежнему не решался заговорить. Большинство уже и вовсе не было уверенно, что проблема имеет хоть какое-нибудь решение - они нервно ерзали на своих местах и показательно зевали.
Как вдруг кто-то глухо посмеялся. Все тут же обратили на него взор.
- Что такое? - бросил тот, что сидел у зауженного конца.
Отчего-то повеселевший Вещатель - за все время прений он не сказал ни слова - восседал по другой конец стола, прямо напротив.
- Вы все-таки еще глупее, чем я думал, - улыбчиво сказал он. - Неужели неясно? Выход есть только один - и он очевиден. Я подумал об этом сразу же, как только Хая Златокрылая принесла нам весточку. Правда, мне захотелось посмотреть, как скоро вы сами к этому придете. Жаль, что до вас так и не дошло. Печаль-печаль; я в тебе разочарован, многоуважаемый Совет.
- Хватит трепаться. Говори уже: что это?
- Нетушки. Я хочу насладиться своим превосходством сполна. Знаете, как это приятно? Не каждый день удается передумать всех семерых членов Совета сразу.
- Он в своем репертуаре...
- Ну да, ну да...
Возмущенный Вещатель так и стукнул кулаком по столу:
- Сейчас не время для этого! - взорвался он. - Излагай, если есть что!
- Фух, ну что за дикость? Сейчас, сейчас, успокойся. Отсутствие мозгов тебя окончательно превратило в животное...
Все подождали, пока атмосфера поостынет, и тогда Вещатель продолжил:
- Единственно правильный выход из сложившейся ситуации - это... - Он помолчал чуть-чуть, как бы вытягивая интригу, и самодовольно кончил: - Греховные Игрища!
Остальные члены собрания в унисон что-то промычали.
- То есть ты... предлагаешь пригласить ее? И по-твоему...
- Да! По-моему, это все, что мы можем сделать. Мы дадим ей возможность принять участие - и тем самым попытать шанс... избежать казни. Рвение к сохранению жизни путем подобных соревнований разъест всю добродетель, что в ней поселилась, до последнего кусочка.