Глаза девы, напомнили графу ему взор ребёнка, который выпрашивал у родителей новую игрушку. Почему-то ему сразу же вспомнилась Лили, которая каждую ночь, словно котёнок ложится у ног отца и просит прочесть сказку, с таким же взглядом.
— Знаете леди Де Сан, — начал старик, — Когда-то мой замок был погружён в вечный сон. Ещё в молодости я заметил это дремлющее за горой существо. В моём сердце в миг зародилось неописуемое чувство, словно Архангел Михаил пронзил меня благословлённым копьём, и мысль о его приобретении не покидала меня несколько месяцев.
До меня в нём обитали люди рода Руссо, но, к сожалению, в тот период бубонная чума вновь вернулась в святую Францию. Тогда она снова забрала множество невинных жизней и единственное решение, принятое мной, было скрыться в этом замке со своей семьёй. Я выкупил его, со страхом ожидая момента, когда запах смерти и болезни, настигшей прошлую семью, исчезнет.
Для этого потребовались годы, но всё же мы смогли заселиться, но, к сожалению, надежда на укрытие была утеряна с первыми проявлениями болезни на моей дорогой жене.
Её хворь очень пугала меня и мою дочь. Лекари давали одни и те же прогнозы, а Бог наказывал молчанием. Жена скоропостижно скончалась и запах смерти вновь заполнил мой кров, единственное, что она оставила мне – нашу дочь. – повествование Магнуса прервал подступивший кашель, он словно ёж иглами сдирал слой нежный кожи с гортани, окрашивая слюну в красноватый оттенок.
— Осторожнее господин Ли, — взволнованно молвила Катрин поддерживая покачнувшегося мужчину. – Вам нужно присесть. – дева аккуратно подвела мужчину на скамью возле рощи, игнорируя напускную мужественность. – Вам плохо, может мне стоит вернуться в замок и принести вам воды? А ещё лучше, нам вернуться в дом, вам нужен покой…
Лицо девушки выражало сочувствие, а тон приобрёл печальные оттенки. Катрин нежно возложила руки, на плечи мужчины, опустив голову. – Простите меня Магнус, я заставила вас сказать слишком много…
— Не переживай за меня дитя, старость никого не красит. – через силу выдавив улыбку произнёс мужчина. Только вот вышла она измученной, на что девушка обратила внимание, почувствовав дискомфорт. — Хворь присуща моему возрасту, а это, к сожалению, напоминание о событиях прошлого… — тихо молвил старик, расстёгивая пуговицы камзола. Лёгкие тут же вобрали в себя поток свежего воздуха, выветривая неприятную колкость. Оттянув кафтан, мужчина вытянул шёлковый платок, и аккуратно промокнул сухие губы. — Простите меня дорогая, не должен я был распускаться при вашей персоне. — прохрипел Магнус, ещё раз прокашливаясь. Его глаза виновато бегали из стороны в сторону, пока не зацепились на пропущенный им жест. На невинно лежащую голову Катрин на сильном плече.
— Ничего страшного Магнус, я видела, как умирал мой отец. Для меня ваш недуг словно возвращение в прошлое и мне хотелось бы защитить вас и вашу дочь. В наше время страшнее хвори ничего нет, даже война не так жестока, как она… Знаете, ваша история вызвала во мне какое-то неописуемое чувство, почему я ощутила что-то поистине родное и одновременно зловещее? – задумчиво протянула девушка, сфокусировав взгляд на ползущей божьей коровке, по кончику травы; соскочив с опоры, та маленькими лапками старалась цепляться за поверхность, но словно вспомнив о чём-то раскрыла маленькие крылья улетев в ночную тишину.
— «Когда находишься на грани смерти, начинаешь цепляться за каждую опору в надежде не быть поглощённым тьмой. Готовясь сдаться, ты понимаешь, что не так слаб и стараешься найти выход в состоянии спокойного духа, полностью доверившись своим чувствам…» - проследив за улетающим насекомым, Катрин поймала себя на мысли, что аллегория, возникшая в её голове, имеет место быть. Только вот, кем являюсь я: растением, насекомым, или же луной, смотрящей на всё с высока, не желающей вмешиваться в каноничное течение событий?
— Я согласна выйти за вас Магнус, всё же именно за этим я здесь. – произнесла дева, не обращая на возникший тремор. – Волнение перед будущим всегда являлось неотъемлемой частью моей жизни, но почему-то рядом с вами я чувствую уют и безопасность…