— Хр-рр. — хрипел Магнус желая освободиться от «удавки».
— Ах да, прости, совсем забыл, что вам тоже нужно дышать. — существо щёлкнуло пальцами, от чего Магнус с глухим хлопком упал, оземь жадно глотая воздух.
— Ты так жалок Де Ли, где же твоё былое могущество? Я помню тебя совсем другим, —издевательски произнёс человек обойдя старика. — А это, что у нас?
С старческих уголков рта стекали две багровые струйки. Чёрные глаза Магнуса смотрели вниз, кулаки сжались. Казалось, что сейчас старик поднимается, но нет — силы покидали его тело, а вместе с ними и жизнь. Магнус медленно повернул голову в сторону выпавшего из его рук веера. Нежелание отвечать за ошибки прошлого, нежелание принимать происходящее — всё это упало на него тяжёлым бременем, которое, к сожалению, следовало за ним всю жизнь.
Увиденное сильно заинтересовало собеседника, от чего тот резко подошёл к Ли и грубо оттянул его за волосы, после чего искренне расхохотался, хватаясь за живот. Лунный свет отражался в его обнажившихся клыках, которые выстроились в ряд.
— Ты…ты аха-ха-ха! — человек продолжал искренне смеяться, показывая на Магнуса пальцем. — Так ты очеловечился старик! – смех продолжал нарастать, от чего у него выступили слёзы. — А я-то думаю, что ты так позабыл обо мне, а вот оно как… И кто она? Давай я выпущу ей кишки, и мы вместе посмакуем их? — мурчаще произнёс тот, изображая поедание спагетти.
— Не смей. — прокряхтел Магнус чуть пошатнувшись. — Она тут ни причём.
— Ой, боюсь, боюсь. И что же ты сделаешь а?
— Она…
— Ох, как же тяжело пробираться сквозь ели — они такие густые… — бубнила себе под нос Катрина, — и от чего же Магнуса туда понесло, да и так далеко. Не то чтобы мне страшно, просто бросать девушку одну посреди леса — моветон.
Внутри Катрин звучало недовольство. На ногах образовались мелкие царапины от сухих веток, которые натягивались словно хлыст. Они терзали её ноги, путались в пшеничных волосах, оставляя частицы себя и мёртвые листья.
Дорога казалась бесконечной, от чего девушка решила сделать передышку. Белая рука коснулась ствола замшелого дерева. Облокотившись о него, де Сан сняла туфли, испытав мгновенное облегчение.
—«Ох, тётушка узнает, убьёт» — подумалось ей, но чувство расслабления смыло все всплывавшие в голове нравоучения Жаннет. — «Как давно я не позволяла себе бродить босой по таким местам.»
Девушка ступила на остатки снега, от чего почувствовала бодрящий холод — это навеяло на воспоминания из детства, когда они с отцом могли свободно бегать в любую погоду, не боясь выговора от матушки. Иногда Катрин удавалось заболеть, но эмоции, которая та получила в моменте — перекрывали чувство недуга.
Полной грудью, та втянула свежий воздух прикрывая глаза. — «Хорошо» — подумалось ей. Бледная рука ещё раз коснулась ствола, но почувствовав что-то рельефное, что буквально было выцарапано — нахмурила брови. Наклонившись чуть ближе, дабы рассмотреть начертанное, та услышала шуршание. В лёгком испуге та отпрянула и уставилась в темень, из которой доносились звуки. Сердце быстро забилось и с каждым ударом, шум приближался. Липкий страх окутал девушку, от чего та прижалась к другому дереву.
— Помоги мне. — послышался шёпот от которого девушка подскочила на месте.
Быстро оглядевшись, та не нашла источника и присела на колени. Только сейчас она поняла, что шуршание стихло, тишина вернулась вновь. Вскоре, что-то мягкое коснулось её руки, что заставило её отдёрнуть. Пытаясь игнорировать плывущие чёрные точки, девушка пригляделась — заяц.
Резкое чувство дежавю заставило Катрин подпрыгнуть.
— Нет, даже не думай, — проговорила та, глядя на заячью морду, которая изучающе разглядывала девушку. — Я помню тебя, проваливай. — пригрозила та, отломав сухую ветку и наставила на зайца. Тот в свою очередь, поняв, что не интересен белокурой ускакал прочь.
— То-то же. — победно молвила та и отряхнув подол платья выдохнула. — Ну, где же ты Магнус… — сказав, девушка повернулась, не поднимая головы. Она изучала каждую складку платья и мысленно продумывала объяснение каждой, ведь тётушка непременно спросит. Сделав шаг вперёд та во что-то, врезалась, в то, что заставило её поднять голову.
Лицо исказил ужас, а крик застрял в горле, от чего дева приложила руки ко рту.